Новые сообщения | Подписка | Участники | Правила форума | Поиск | RSS
  • Страница 1 из 1
  • 1
Оборона Одессы 1941
Admin
Дата: Воскресенье, 16.08.2009, 20:45 | Сообщение # 1

Генералиссимус
Группа: Администраторы
2312
Сообщений:
Награды:
13
Замечания:
Статус: Offline
Оборона Одессы 1941


В начале августа 1941 года после отхода советских войск за Днестр и их дальнейшего отступления на южном фланге советско-германского фронта сложилась неблагоприятная обстановка, угрожающая охватом войск Южного фронта, в том числе Отдельной Приморской армии, оборонявшейся западнее Одессы.
По приказу Ставки Верховного Главнокомандования 5 августа начался отвод войск Южного фронта на рубеж Чигирин - Вознесенск - Днестровский лиман. Одессу Ставка приказала не сдавать и оборонять до последней возможности.

Оборона города была поручена Приморской армии, которая с боями отходила к Одессе, сдерживая натиск превосходящих сил 4-й румынской армии. 8 августа в городе было введено осадное положение. Вокруг Одессы было начато создание оборонительных рубежей. К строительству укреплений ежедневно привлекалось до 12 тысяч человек, в основном женщины и подростки. Передовой рубеж находился в 20-25 км от Одессы, главный - в 10-14 км, рубеж прикрытия города - в 6-10 км. В самом городе создавались дивизия народного ополчения, истребительные батальоны и отряды морской пехоты, а в сооружении баррикад, противотанковых препятствий, огневых точек и опорных пунктов принимало участие до 100 тысяч жителей города. В черте города силами жителей был построен аэродром.

19 августа распоряжением Ставки Верховного Главнокомандования был создан Одесский оборонительный район (OOP), подчиненный военному совету Черноморского флота. Командующим OOP был назначен командир Одесской военно-морской базы контр-адмирал Г. В. Жуков. ООР состоял из трех секторов – Южного, Западного и Восточного. Численность оборонявших город войск составляла около 35 тысяч человек. Береговая артиллерия располагала 54 орудиями крупных калибров.

Для прикрытия Одессы с моря и артиллерийской поддержки войск был сформирован отряд кораблей из крейсера «Коминтерн», 2 эсминцев, 4 канонерских лодок и нескольких вспомогательных судов и торпедных катеров. С воздуха Одессу прикрывали зенитная артиллерия флота и Приморской армии, авиация этой армии (около 20 самолетов) и истребительный авиационный полк ВВС Черноморского флота (40 самолетов).

На Одессу наступала 4-я румынская армия, включавшая 14 дивизий и 2 бригады. 8 августа противник вышел к Днестровскому, северной оконечности Хаджибейского и Тилигульскому лиманам. 10 августа румынские части атаковали внешний обвод укреплений Одессы и после трехдневных боев вышли восточнее Тилигулъского лимана к побережью Черного моря и полностью блокировали Одессу с суши, отрезав ее от войск Южного фронта. Войска Приморской армии отошли на передовой рубеж обороны. 15 августа противник попытался взять Одессу штурмом, но понес тяжелые потери и отошел на исходные позиции. К 20 августа 4-я армия была усилена 5 пехотными дивизиями и ее численность была доведена до 17 дивизий, и румынское командование вновь возобновило штурм города. Защитники Одессы стойко отражали наступление противника. К исходу 21 сентября в западных и южных секторах ему удалось подойти к главному рубежу обороны, а в восточном секторе - на ближние подступы и начать артиллерийский обстрел порта и подходного фарватера.

Для усиления обороняющихся корабли Черноморского флота доставили в Одессу из Новороссийска 157-ю стрелковую дивизию и части усиления, а 22 сентября в восточном секторе был нанесен комбинированный удар из морского десанта в составе 3-го полка морской пехоты, доставленного на боевых кораблях из Севастополя, воздушного десанта в тылу противника и наступления двух дивизий на участке Фонтанка - Гильдендорф. В результате наступления защитников города 2 румынские дивизии были разгромлены и противник отброшен на 5-8 км.

30 сентября в связи с угрозой прорыва немецко-фашистских войск в Крым Ставка приказала эвакуировать войска Одесского оборонительного района на Крымский полуостров. В период с 1 по 6 октября корабли и суда Черноморского флота скрытно перевезли в Крым более 100 тысяч человек войск и гражданского населения, значительное количество вооружения и около 25 тысяч тонн различных грузов. Эвакуация была четко организована и прошла без потерь.

В ходе 73-дневных боев за Одессу потери румынских войск составили около 30 тысяч человек убитыми, 90 тысяч ранеными и 14 тысяч пропавшими без вести. Советские войска уничтожили около 200 самолетов и около 100 танков противника.

Стойкая защита города значительно затруднила продвижение правого крыла группы армий «Юг» на восток.

Лубченков Ю.Н. "Сто великих сражений Второй мировой"
 
fleur_de_lys
Дата: Вторник, 12.04.2011, 20:33 | Сообщение # 2

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Нашла очень интересную статью про неизвестную оборону Одессы

Неизвестная оборона Одессы
postcategoryiconкатегория: Чисто факты из жизни и истории
Исследователь военной истории, автор книг на исторические темы Александр Черкасов в «Студии Плюс» говорит с Леонидом Сущенко о том, что официальная версия истории нашего отечества не вполне совпадает с документальными свидетельствами, и о необходимости искать истину, может быть, не всегда приятную.

ЧЕРКАСОВ: Я одессит, окончил 101-ю школу, срочную службу проходил в Германии, затем поступил в Военно-медицинскую академию, на факультет подготовки врачей для флота. В 1986-м я окончил академию, поступил на флот — и тут пришло то время, когда Советский Союз развалился, флота не стало. Мне предлагали разные должности, даже должность старшего лейтенанта на бронекатер, хотя я был в более высоком звании. Я почувствовал, что надо уходить: Военно-Морского Флота практически не существует. Его и сейчас нет. Сейчас я на преподавательской работе, даже преподавал хирургию в медучилище. Очень много времени занимает мой интерес к истории.

СУЩЕНКО: Вы автор книг «Неизвестная оборона Одессы», «Оборона Одессы. Страницы правды». Как возникла именно эта тема?

ЧЕРКАСОВ: Это что-то теплое, сокровенное для каждого одессита — когда он прикасается к слову «Одесса». В академии мы занимались и научной работой, я выполнял задания, работая в архиве Военно-Морского Флота СССР в Ленинграде, и очень часто натыкался на факты, связанные с Одессой. И помимо основной работы я просто что-то выписывал для себя. Это был интерес одессита. Со временем эти факты скапливались. И вот лет двадцать назад я услышал, что в обороне Одессы участвовали «катюши». Очень мало известный факт: официально эти данные проходят очень редко.

«Катюши» — секретное в то время оружие. Просто так в осажденный город доставить секретное оружие, которое могло в любой момент достаться противнику? Я решил глубже заняться этим вопросом. И в результате выяснилось, что очень многое в официальных версиях не стыковалось с тем, что я находил в архивах. В академии я познакомился еще с одной книгой, которая окончательно меня убедила в том, что этим надо заняться. Это книга маршала Захарова, который был начальником штаба 9-й ударной армии, находившейся перед Великой Отечественной войной в Одесском военном округе. Книгу он написал в 1960 году, и ее выпустило издательство «Воениздат» под грифом «секретно»: «Действия 9-й ударной армии в период Великой Отечественной войны». Секретная книга в секретной библиотеке Военно-медицинской академии — на историческую тему. Оказалось, что у нас существовало два вида истории: одна официальная, а вторую хранили в секретных библиотеках, охраняли с автоматами.

Меня интересовали войска Одесского военного округа. Оказывается, в начале войны они не воевали на нашей территории, они воевали, как в то время говорил Сталин, «на чужой территории и малой кровью». Войска 9-й ударной армии, 25-я Чапаевская дивизия, 51-я дивизия перешли границу Румынии — в самом начале войны была проведена блестящая операция перехода границы. И мы воевали на чужой территории, поднимали красные флаги над городами, брали пленных. В одной из операций при взятии румынского города было захвачено в плен несколько тысяч солдат и офицеров, много оружия. И воевали уже на глубине километров 80 на вражеской территории (!).

СУЩЕНКО: Нам со школы втолковывали официальную версию о глухой обороне и полной неготовности к войне. О наступательных операциях не было даже и речи.

ЧЕРКАСОВ: Это меня как молодого офицера и слушателя академии очень удивило. Что касается официальной версии, то хочу Вас разуверить: не так слабы мы были, как нам все время говорили. Я в своей книге привожу данные по численности вооруженных сил — как со стороны Красной Армии, так и со стороны противника. Это официальные данные о численности. В 1974 году политуправлением армии выпущен военный сборник «Численный состав вооруженных сил Красной Армии 1940-1941 гг.».

Там указано, чего и сколько было у нас в армии к 22 июня 1941 года. В то же время я использовал данные немецких авторов, указывающих численность вооруженных сил Германии и ее союзников в этот же период. Я взял несколько источников, чтобы определить, кто же все-таки прав: «Военно-исторический справочник», «Военно-исторический словарь», шеститомник «Великая Отечественная война 1941-1945 гг.». Данные очень разнились. Даже маршал Жуков в своих воспоминаниях не говорит, сколько было вооруженных сил на границе: он приводит количество дивизий.

СУЩЕНКО: Танк «На испуг», делавшийся на заводе имени Январского восстания, по официальной версии, был чуть ли не единственным видом танкового вооружения в Одесском военном округе. Так ли это?

ЧЕРКАСОВ: В Одессе есть памятник танку «На испуг» на улице Разумовской. В своей книге я привожу фотографию настоящего танка «На испуг». То, что стоит на постаменте, — хотелось бы спросить, какому, вообще, танку поставлено. Как говорят в Одессе, это две большие или четыре маленькие разницы: там совсем не «На испуг».

По поводу танков под Одессой. На 411-й батарее до сих пор висит большой плакат с таблицей численности войск в начальный период обороны Одессы. В графе «танки» стоит ноль. А как же было? Согласно штатному расписанию вооруженных сил, которое было в 1941 году, в состав советских дивизий обязательно входили танки. Танковые батальоны были в пехотных, кавалерийских дивизиях, дивизиях НКВД. Их составляли как легкие, так и средние танки. И численность их была примерно от 20 до 70 танков на дивизию. Это серьезная сила.

А теперь посмотрим. В обороне Одессы участвовали 25-я Чапаевская дивизия, 96-я Молдавская дивизия, 2-я кавалерийская дивизия. И в каждой из них были танки. Примерно посчитайте, сколько танков было под Одессой. Мне могут возразить: они воевали в Румынии. Там эти танки могли подбить, потерять, они могли поломаться… Но мое утверждение о том, что танки были под Одессой, подтверждают слова директора завода имени Январского восстания того времени.

10 августа. Оборона Одессы только началась. В своем докладе он пишет, что на заводе уже отремонтировано около 10 танков БТ-7 (это средний танк), и 4 из них отправили на передовую. Откуда взялись эти танки? Или: в Одессу поступают танки, поврежденные противником до 5 августа. Но Одесса уже была окружена с суши. Откуда же они поступали? С какой передовой могут поступить подбитые советские танки? Из-под Одессы. Их ремонтировали. У меня есть фотография, где происходят ремонтные работы танков на заводе Январского восстания.

В начальный период войны под Одессой было больше 100 танков. Конечно, этого было мало. Превосходство противника было, не спорю. Но… Во всей Румынии было всего лишь 60 танков. Они были сведены в танковую бригаду. Но что это были за танки? Официальное их название СТ-17, где 17 — 1917 год выпуска. Эти танки румынское правительство купило в конце первой мировой войны во Франции. Красная Армия в гражданскую войну встречалась с этими танками: два танка были подбиты красноармейцами, перекрашены, почищены, — и получили названия «Борец за свободу товарищ Ленин» и «Борец за свободу товарищ Сталин». Фотографии этих танков, мне кажется, есть в каждой книге о гражданской войне: два первых советских танка.

Такими румынскими танками хотели взять Одессу. С этими танками вообще была интересная история. Я просмотрел все донесения политработников периода обороны Одессы. Каждый день было донесение о том, сколько было подбито вражеских танков, какие потери и т. п. До 20 августа, по данным наших политруков, был подбит 91 танк. А всего-то их было 60! По штатному расписанию румынских и немецких частей, в пехотные и кавалерийские дивизии танки не входили.

СУЩЕНКО: Могло ли быть, что это еще и немецкие танки, оказавшиеся в этих местах?

ЧЕРКАСОВ: Не могло. Потому что кроме румынских войск Одессу осаждала только одна 72-я немецкая пехотная дивизия, и то не в полном составе. И танков там не было. Никаких других танков под Одессой просто быть не могло.

СУЩЕНКО: Документы того времени, как мы видим, грешат неточностями. Может ли быть, что и Вы в какой-то степени попадаете в эту ловушку: командир что-то приписал, а историки пользуются таким документом как правдивым свидетельством?

ЧЕРКАСОВ: В своей работе над книгой я пользовался не рапортами политруков, а официально изданными документами. «Воениздат» издает Сборник № 1. Это официальная книга Министерства обороны, хотя тираж ее всего 30 экземпляров — эту книгу очень трудно достать.

В своей книге я описываю действия диверсионно-разведывательной группы, которая стала прототипом для создания фильма «Жажда». Все мы с детства знаем, что Одесса ждала воду. Отряд моряков захватил водокачку, эсэсовцы атаковали. По фильму, все моряки погибли, эсэсовцы два часа не могли попасть на водокачку, а весь город ждал. Это официальная версия Григория Поженяна, который, кстати, был участником этого отряда.

На самом деле события были другие, Одесса не так уж и нуждалась в воде. Я привожу сравнение того, что было вообще до открытия водопровода в Одессе в 19-м веке, с тем, что было в 1941 году: численность населения, количество поступавшей воды, откуда она поступала до открытия водопровода. И оказывается, что такой большой нужды не было, как показано в фильме: одесситы с пересохшими губами рвутся на Потемкинскую лестницу, ждут танкеры с пресной водой…

Да, были карточки на воду. В то же время в Дюковском саду били источники, на Польском спуске источник бьет до сих пор. Да, одесситы выходили с бидончиками за водой, которую им привозили. Конечно, кому же хочется идти два квартала с Дерибасовской на Польский спуск, если под дом подвозят ту же самую воду? Откуда же ее брали? — из тех же источников, которые есть в Одессе. Более того, на каждом заводе было минимум 1-2 артезианских скважины. Заводов в Одессе было больше трехсот. До революции каждого предпринимателя, открывающего завод, обязывали пробурить на территории завода артезианскую скважину.

И вот этот отряд был направлен совершенно не для того, чтобы захватить водокачку. Он был направлен в рейд по тылам противника, потому что в то время на южном фланге одесского фронта сложилась тяжелая ситуация. Туда было направлено пять отрядов, которые должны были дезорганизовать противника. И выходя из плавней, они обнаружили водокачку. Там стоял небольшой отряд румынских жандармов — их быстренько сняли. Отряд нашел двух, — кстати, дежуривших там, — техников и послал радиограмму в Одессу о том, что у них есть идея запустить воду в город. Но: разрушен водовод Беляевка-Одесса. Это во-первых.

Во-вторых, Одесса была переключена на внутреннее водоснабжение: вода была, но из артезианских скважин. Очень много мероприятий нужно было провести, чтобы за ночь это все совершить. А какая гарантия, что отряд продержится 1-2 часа на водокачке? Никакой. А какая гарантия того, что им вообще удастся пустить в строй водную систему? Тоже никакой. А фильме показано, что мы захватываем водокачку, и днем Одесса получает воду.

СУЩЕНКО: В ваших книгах есть материалы, связанные с новыми способами лечения ранений. Расскажите об этом.

ЧЕРКАСОВ: Я как-то натолкнулся на описание работы военврача первого ранга Сокольского. Он был начальником медико-санитарной службы Приморской армии. У военных медиков есть коэффициент возвращаемости в строй личного состава, показывающий, сколько человек из 100 вернулось в строй. У Сокольского возвращаемость была 73%. То есть на боевые позиции из 100 возвращались 73 уже обстрелянных опытных бойца, знающих, как воевать. В румынской армии в строй возвращалось всего 30%. Это главный показатель медицинской службы.
В своей работе Сокольский, выпускник военной медицинской академии, применил такие методы организации медицинской службы, которые через двадцать лет позаимствовали американцы во вьетнамской войне. По идее, этот метод хорошо бы назвать методом Сокольского, но теперь он носит название по именам американских врачей.

СУЩЕНКО: В своей новой книге Вы коснулись партизанского движения. Что для Вас оказалось неожиданным?

ЧЕРКАСОВ: Новая книга — это продолжение серии об Одессе в Великой Отечественной войне. Я сначала не думал касаться партизанского движения. Я просто хотел описать, как жила Одесса 2,5 года оккупации. Об этом пишут очень редко. Официальная версия была такая: в Одессу понаехали иностранные коммерсанты, пооткрывали рестораны, грабили Одессу — и больше ничего не было. Но люди-то жили. Работали театры, кино, заводы и фабрики. Но после ухода наших войск Одесса осталась голой и босой. Все, что можно было вывезти, было вывезено, что было нельзя — уничтожено. Советские генералы и советские представители власти, не думая об одесситах, уходя из Одессы, оставляли их в холодном и голодном, полуразрушенном городе. Практически, Одесса должна была вымереть.

Новые румынские власти начинали с нуля. Я пишу, с чего они начинали, и как потихоньку восстанавливалась Одесса. Да, партизанское движение в какой-то мере влияло на ситуацию, может быть, не настолько, как того хотелось советским руководителям, сидевшим в Москве. И действия оккупационных властей тоже были адекватны тому, что происходило в Одессе. Например, взрыв на Маразлиевской. Неужели, подрывая, советские разведчики не думали о том, что ждет мирное население после этого взрыва? Тысячи одесситов были уничтожены на пороховых складах из-за одного взрыва, хотя погибло там не очень много людей.

Да, партизанское движение влияло на ситуацию. Но какое оно было в Одессе? Партизанский отряд Молодцова-Бадаева состоял из подземной и наземной группы. Наземных групп сначала было три, а потом сформировалась еще и четвертая. Одним из командиров наземной группы был Яша Гордиенко. На Аллее Славы захоронены и командир, и его подчиненный. А где же командиры остальных наземных групп? Почему мы о них ничего не знаем? Что они делали?

Факт, который меня очень удивил: один полковник (я привожу в книге его фамилию), окруженец, во время оккупации обосновался в Ленинском районе и решил организовать партизанский отряд. За вход надо было платить вступительный взнос 20 марок. Ежемесячный взнос — 10 марок. Учтите, что это в то время довольно приличные деньги для одесситов. Но — сдавали. Отряд потихоньку увеличивался. Так вот, действия этого отряда заключались в том, что в течение неполных двух месяцев они провели более ста партийных собраний. По два с половиной собрания в день. Вот и все.

СУЩЕНКО: Это война на идеологическом фронте?

ЧЕРКАСОВ: Нет. Это образование какого-то элитного клуба партизан — впечатление такое…

Ссылка на материалы-

http://odesskiy.com/chisto-fakti-iz-zhizni-i-istorii/neizvestnaja-oborona-odessy.html

Добавлено (31.03.2011, 22:11)
---------------------------------------------
Вот еще про катакомбы

В Советском Союзе к войне готовились. Сначала к оборонительной, затем - к наступательной. Когда стали готовиться к наступательной, упразднили партизанские структуры: разогнали подготовленных резервистов, ликвидировали базы и склады. Партизаны в наступательной войне не нужны.

В 1941 году, когда гитлеровские войска стремительно захватывали советскую территорию, нужда в партизанах возникла острая. Отрядов требовались сотни, бойцов тысячи, но еще нужнее были командиры, способные вести "малую войну", знакомые с азами военного дела, разведки и контрразведки. Эти кадры дали стране чекисты. Именно органы и войска НКВД сыграли ведущую роль в развертывании партизанского движения, создании отрядов и диверсионных групп на первом этапе партизанской борьбы. С первых дней войны в работу по созданию партизанских формирований включились органы госбезопасности.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 июля 1941 года НКВД и НКГБ были объединены в Народный комиссариат внутренних дел под руководством Л.П. Берия. Перед работниками НКГБ, переводившимися на нелегальное положение, ставилась задача организовывать совместно с НКВД партизанские отряды для борьбы с врагом на занятой им территории.

В 1949 году вышел в свет роман Валентина Катаева "За власть Советов", посвященный антифашистскому подполью в Одессе в годы Великой Отечественной войны. Одним из героев книги был капитан Максимов, присланный в катакомбы Украинским штабом партизанского движения. Мало кто в то время знал, что у этого капитана был вполне реальный прототип - естественно, с другой фамилией, и направлял его отнюдь не партийный партизанский штаб, а НКВД. Звали этого человека Владимир Александрович Молодцов.

С начала июля до середины октября 1941 года части Отдельной Приморской армии и подразделения Черноморского флота героически обороняли Одессу, но становилось ясно, что рано или поздно придется оставить город врагу. Однако уход наших кадровых частей не должен был означать окончания сопротивления немецко-румынским захватчикам. Для этой цели усилиями органов госбезопасности и Одесского обкома в городе создавались подпольные группы и партизанские отряды.

По личному указанию наркома внутренних дел Л.П. Берия для оказания помощи местным органам НКВД в создании резидентур, диверсионно-разведывательных групп и партизанских отрядов на случай оккупации города из Москвы в Одессу выехала группа капитана госбезопасности Молодцова.

19 июля 1941 года лейтенант госбезопасности - что приравнивалось к званию армейского капитана - Молодцов во главе разведывательно-диверсионной группы из 10 человек, получившей кодовое название "Форт", прибыл в Одессу. Теперь его звали Павел Владимирович Бадаев. Перед группой стояла задача создать нелегальную резидентуру и партизанскую базу в одесских катакомбах и в случае эвакуации советских войск из Одессы остаться в городе и начать разведывательно-диверсионные операции.

Владимир Александрович Молодцов родился в поселке Сасово Рязанской области 5 (18) июня 1911 года в семье железнодорожника. В начале 30-х работал на шахтах Подмосковного угольного бассейна. В 1931 году политически грамотный молодой человек вступил в ряды ВКП(б) и поступил на рабфак при Московском инженерно-экономическом институте. В 1934 получил направление на учебу в Центральную школу НКВД СССР, по окончании которой, в 1935 году, продолжил службу в ведомстве на Лубянке помощником оперуполномоченного. Безупречная служба позволила выдвинуться в центральном аппарате госбезопасности.

В июле 1940 года Молодцов стал заместителем начальника отделения, а с 1 марта 1941 года - начальником 2 отделения 7 Отдела 1 (Разведывательного) управления НКГБ СССР. В начале июля он был переведен в распоряжение Особой группы при НКВД, а затем отправлен резидентом в Одессу. Центр не настаивал на том, чтобы Молодцов обязательно остался в оккупированном городе. Окончательное решение на этот счет он принял сам и получил на то согласие Москвы.

В Одессе к группе присоединились 13 сотрудников областного УНКВД под командованием лейтенанта госбезопасности В.А. Кузнецова.

5 августа линия фронта вплотную приблизилась к Одессе. Пока 4-я румынская армия при поддержке немецких частей атаковала город, в катакомбах шло формирование партизанских баз. Отряд Молодцова разместился на глубине 25-30 метров под пригородными селами Куяльницкого лимана. Здесь были оборудованы помещения для штаба, склады продовольствия примерно на полгода, арсеналы: 7 пулеметов, 60 винтовок, 200 гранат, до тонны тола - радиосредства для связи с Москвой.

Согласно официальной версии, с которой экскурсоводы знакомят посетителей Музея партизанской славы, вечером 5 октября 1941г две группы (отряд Молодцова и группа лейтенанта госбезопасности В.А. Кузнецова) провели партийно-комсомольское собрание перед спуском в катакомбы для создания базы. В действительности же, как свидетельствует многотомное дело, хранившееся в одесском архиве КГБ, был шумный ужин с большим количеством выпивки, закончившийся дракой между московским и одесским отрядами. Спесивые москвичи пришлись не по душе импульсивным одесситам. К тому же лейтенант госбезопасности Кузнецов отказался уступить Молодцову командование над своими людьми, несмотря на то, что последний был старше по званию и имел соответствующие полномочия.

На следующий день чекисты спустились в обширные одесские катакомбы, настроенные весьма враждебно друг к другу. При резидентуре Молодцова (оперативный псевдоним "Павел Бадаев") было создано три партизанских отряда. Первый отряд, под командованием одесского горного инженера партийца Афанасия Клименко, в составе 33 бойцов-добровольцев из местного населения, должен был постоянно находиться в пригородных подземных катакомбах и периодически совершать боевые вылазки на поверхность. Второй отряд, также возглавляемый партийным активистом, бывшим председателем сельсовета Антоном Федоровичем (оперативный псевдоним "Петр Бойко"), состоял из нескольких боевых и агентурных групп. Ему предстояло действовать непосредственно в самой Одессе. Бойцы обоих отрядов были заблаговременно снабжены личным оружием, в городе на конспиративных квартирах были созданы тайные склады с вооружением и взрывчаткой. Для жизнеобеспечения отряда Клименко в катакомбах подготовили специальную базу, где хранились различные продукты питания, рассчитанные на 5-6-месячное пребывание под землей 40-50 человек. Туда же поместили 60 винтовок, 7 пулеметов, около 200 гранат, 40 тысяч патронов, 80 кг взрывчатых веществ, радиостанцию и большое количество теплых вещей. Третий отряд, состоящий из 19 чекистов, образовывал центр разведывательной сети и являл собой самостоятельную боевую группу. Она разместилась в отдельной базе, взяв запас полугодовой продуктов и снаряжения в расчете на два десятка человек. Никто не предполагал, что оккупация затянется надолго.

Когда 16 октября войска противника вошли в город, бадаевцы начали разведывательные и диверсионные действия.

Одесские пригородные катакомбы, располагавшиеся в окрестностях сел Нерубайское, Куяльники и Усатово, представляли собой один общий лабиринт с большим количеством внутренних проходов и сотнями выходов наружу, расстояние между которыми по ходам сообщения достигало 15 км. Место для дислокации партизанского отряда и резидентуры было выбрано удачно, так как наличие большого числа выходов давало возможность скрытно от наружного наблюдения противника устанавливать регулярную связь с партизанской группой, действовавшей в самом городе, и оставленной там агентурой, совершать диверсионные акты на железнодорожной магистрали и промышленных предприятиях. Кроме того, катакомбы являлись хорошим прикрытием при вооруженном столкновении партизан с карательными отрядами противника.

Отряд делился на подземную и наземную части. В катакомбах располагался командный пункт Бадаева, здесь находились начальник подземной части Афанасий Клименко, его заместитель Яков Васин, до войны сотрудник одесского уголовного розыска, и большинство бойцов, которые часто совершали боевые вылазки на поверхность.

Наземный, так называемый "городской" отряд состоял из пяти-шести разведгрупп численностью от шести до десяти человек каждая, он имел свои конспиративные квартиры. Одной из таких групп руководил Николай Иванович Милан, вместе с братом Петром содержавший парикмахерскую, являющуюся отличным местом для подпольных явок. К слову, в годы гражданской войны Николай служил в одесской ЧК и в 1920 году был внедрен под видом офицера-серба в белогвардейскую организацию. Возглавлял отряд Петр Иванович Бойко, содержавший слесарную мастерскую. Под этой фамилией скрывался бывший председатель Нерубайского сельсовета Антон Брониславович Федорович. Как и Милан, он считался старым чекистом, поскольку в начале 20-х годов служил помощником уполномоченного в особом отделе одесской ЧК. В отличие от первого - беспартийного он состоял в ВКП(б) и потому занимал определенные должности, что, видимо, и повлияло на выбор руководителя отряда. Но впоследствии именно это сыграет роковую роль в судьбе Молодцова и его группы.

В возглавляемую Бадаевым нелегальную резидентуру в Одессе вошли и местные работники органов госбезопасности, как действующие, так и бывшие. В группу связных при командире отряда была включена оперуполномоченная 4-го отдела одесского управления Тамара Межигурская; оперуполномоченный транспортного отделения НКВД станции Гайворонская Петр Болонин устроился на железную дорогу; вошли в резидентуру чекисты Николай Шевченко, руководитель одной из десяток наземного отряда для выполнения "особых заданий", и Павел Шевченко для связи с подпольными группами. Связь с катакомбами осуществляла так называемая "молодежная десятка" наземного отряда, состоящая из 16-17-летних подростков во главе с Яковом Гордиенко. Всего же с начала подпольной деятельности в резидентуре и отрядах Молодцова было 75-80 человек.

В это время в городе действовали и другие партизанские отряды, существовала и параллельная чекистская резидентура, но все же главную силу представлял отряд Молодцова - Бадаева.

О том, что в оккупированной Одессе остался мощный очаг сопротивления, сигуранце (румынской контрразведке) было известно. В одном из ее документов о борьбе с партизанским движением говорилось: "Советское правительство организовало и хорошо снабдило действия партизан на потерянных территориях. Партизаны составляют невидимую армию коммунистов на этих территориях и действуют со всем упорством, прибегая к самым изощренным методам выполнения заданий, ради которых они оставлены. Вообще все население, одни сознательно, другие несознательно, помогают действиям партизан."

Перед уходом под землю партизаны Клименко дали бой оккупантам. В результате длительной перестрелки с только что вошедшими в город румынскими войсками были убиты и ранены до 50 вражеских солдат и офицеров. Партизаны же потерь не имели вообще. Отдельный чекистский отряд, в силу своей удаленности, в открытый бой с захватчиками не вступил. В течение последующих месяцев москвичи и одесситы сочетали операции против немцев и румын с жестокими разборками между собой.

В первой половине ноября 1941 года по заданию Молодцова партизаны подорвали полотно железной дороги между станциями Дачная и 2-я Застава. В результате движение на дороге было приостановлено на сутки. Затем была взорвана городская комендатура, под обломками которой погибли около 140 офицеров противника, в том числе 2 генерала. Вскоре последовал взрыв плотины Хаджибейского лимана и нескольких военных складов. 17 ноября группой Кузнецова в районе станции Застава был пущен под откос воинский эшелон с боеприпасами и живой силой противника. Из-под обломков разрушенного поезда румыны извлекли около 250 трупов своих солдат и офицеров. Затем чекисты поумерили активность - стало не до врага. Вынужденные не только воевать плечом к плечу, но и жить бок о бок, они не прекращали грызню, поводом для которой становились бытовые мелочи. При этом Молодцов и Кузнецов продолжали претендовать на единоначальное командование, что также не вносило дружелюбия в ряды подчиненных.

Тут следует сказать о партизанском отряде, обитавшем в керченских каменоломнях. Будучи значительно больше отдельной чекистской группы, он сохранял дисциплину вплоть до освобождения Керчи от фашистских оккупантов. В отряде были не только работники горкома и НКВД, но и беспартийные жители Керчи и Старого Карантина, которые ушли в катакомбы с женами, детьми и даже скотиной. Особенно отличились старые шахтеры, сражавшиеся в катакомбах еще в Гражданскую войну, у которых уже были взрослые сыновья. Семейная обстановка благоприятствовала нормальным отношениям между соратниками. Керченский отряд, насчитывавший около 50 человек, вскоре пополнился сначала 2, а затем 43 морскими пехотинцами, оттесненными противником в подземелья. Несмотря на усилия немцев, выкуривавших партизан ядовитым газом и затапливавших морской водой, керченский отряд уцелел почти весь. А это говорит о многом. В первую очередь, о хорошем моральном климате среди личного состава.

В одесском отряде Клименко, в достатке обеспеченном продуктами и керосином, суровые сердца мужчин смягчало присутствие боевых подруг, да и людей хватало, что тоже скрашивало досуг. Совсем иначе развивались отношения в маленькой группе чекистов, где озверевшие мужики готовы были рвать друг друга на части и медленно сходили с ума в голоде, холоде и темноте.

На первых этапах работа Молодцова шла хорошо. Несколько пассивно вел себя отряд Федоровича, поэтому сведения о дислокации военных объектов и положении в оккупированной Одессе давала в основном личная агентурная сеть Молодцова: оперуполномоченный областного УНКВД сержант госбезопасности Тамара Межигурская, одесситки из отряда Клименко - Тамара Шестакова и Галина Иванова, а также оставшиеся в городе местные жители Яков Гордиенко, Петр Продышко, Ксения Булавина и Евгения Гуль.

За три месяца 1941 года бадаевцы провели шесть боевых операций. Так, 9 декабря 1941 года нарком внутренних дел Лаврентий Берия докладывал в ГКО: "По сообщению нелегального резидента в Одессе в ночь на 12 ноября партизанский отряд НКВД, руководимый тов. Бадаевым, разрушил в районе села Нерубайское Одесской области полотно единственной введенной в эксплуатацию железной дороги на Одессу. В результате произошло крушение двух воинских эшелонов. В связи с этим немцы объявили село Нерубайское на военном положении и предложили населению ликвидировать партизанский отряд".

Наземный отряд собирал данные о дислокации румынских и немецких воинских частей и военных объектов и через своих связных передавал эти сведения в катакомбы, откуда ежедневно - как правило в половине одиннадцатого вечера - они по рации передавались в Центр. В результате этого советская авиация дальнего действия сумела нанести точные удары по румынской мотоколонне, скоплениям боевой техники, уничтожить склады горючего под Первомайском. За этой радиостанцией, называемой "корреспондент-12", долго охотились и немецкие, и румынские контрразведчики.

Была у бадаевцев и еще одна, пусть и менее важная функция - распространение среди населения сводок Совинформбюро и листовок против оккупационного режима... Партизаны, действовавшие в катакомбах, отвлекали на себя тысячи румынских и немецких солдат, офицеров и полицейских, вынужденных охранять несколько сот ходов в катакомбы в радиусе 40 километров от Аркадии до Хаджибейского лимана.

Молодцов пытался налаживать контакты с чекистской агентурой и за пределами Одесской области. Так, Центр ориентировал Бадаева на установление связи с киевской резидентурой, возглавляемой "Максимом" (Иваном Даниловичем Кудрей). Для этой цели на февраль планировалась командировка в Киев якобы для поисков сырья для пивоваренного завода подпольщиков Петра Милана и Петра Моисеевича Вишневского - хозяина примусной мастерской, которая использовалась связными Молодцова для встреч с агентурой. Кстати, как и братья Миланы, Вишневский в годы гражданской войны работал в ЧК.

"Морской берег в районе с. Дофиновка обносится проволочным заграждением", - сообщал Молодцов в начале февраля 1942 года. "На берегу моря у с. Сычавка установлено 30 дальнобойных орудий, в этом же селе расквартировано 200 немецких артиллеристов. В г. Одессе в Дюковском саду установлено 18 12- дюймовых орудий. Берег моря от Кузановки до Люстдорфа укреплен 102 тяжелыми орудиями, 320 минометами и пулеметами. На этом же протяжении возводятся блиндажи и земляные валы. 3000 румынских солдат в пешем порядке днями проследовали в г. Николаев, в результате 22-градусного мороза много солдат отстало и замерзло. Проходившие мимо немецкие части румынским солдатам помощи не оказывали".

Но собственная агентурная сеть информации давала немного, не говоря уж о боевой работе, в то время как наружный партизанский отряд Федоровича (по сути, самостоятельная резидентура оставленных на глубинное оседание агентов - разведчиков и диверсантов), с начала оккупации находившийся в городе, никаких организованных акций не совершал. Один лишь 16-летний Яков Гордиенко, являвшийся руководителем молодежной боевой группы, по заданию Молодцова лично совершил акты возмездия над двумя провокаторами сигуранцы. Более никаких диверсий и терактов против врага не производилось.

В январе 1942 года спецподразделение румынской контрразведки - "бюро партизанских расследований" арестовало командира наземного партизанского отряда Петра Бойко - Антона Федоровича. Вскоре он дал согласие сотрудничать с сигуранцей, после чего был отпущен на свободу.

В декабре 1941 года Молодцов через связного вызвал Федоровича к себе в катакомбы и потребовал активизировать работу. Однако, ситуация к лучшему так и не изменилась. Тогда резидент НКВД решил сам выйти на поверхность и лично наладить деятельность отряда. Во второй половине декабря Молодцов дважды, со связными Межигурской и Шестаковой, пробирался мимо сторожевых постов румынских карательных отрядов и встречался в городе с руководством "наружных" партизан. 8 февраля 1942 года он вышел из катакомб в третий раз, с Тамарой Межегурской, и не вернулся. 12 февраля для выяснения причин невозвращения отрядили Шестакову, которая также обратно не возвратилась. Через несколько дней на поиски отправился сотрудник НКВД Сергей Виноградов, который через агентуру установил, что 9 февраля Молодцов, Межигурская, Яков Гордиенко и еще двое подпольщиков были арестованы сигуранцей на квартире бывшего командира наружного отряда Федоровича, а Шестакова схвачена организованной возле дома засадой.

15 февраля взяли Вишневского, затем обоих братьев Миланов, Болонина и многих других. В течение февраля и марта были разгромлены резидентура и почти весь наземный отряд. Продолжала вести невидимую войну только часть отряда, находившаяся в катакомбах, которую после ареста Молодцова возглавил его заместитель Сергей Виноградов, в прошлом так же, как и Молодцов, сотрудник внешней разведки, прибывший в составе группы "Форт" из Москвы.

Вот что докладывал сотрудник сигуранцы в Бухарест:
"Многочисленные, с хорошо подобранными кадрами и хорошо оснащенные организации те, что оставлены НКВД... Организация Бадаева связана системой катакомб, протянувшихся на десятки километров, с другими организациями... Она оснащена всем современным оборудованием и вооружением и представляет большую опасность и постоянную угрозу властям... Особенно необходимо отметить тот тревожный факт, что агенты Бадаева завербованы из числа тех лиц, на которых новый режим возлагал надежды в деле преобразования моральной, культурной и экономической жизни на новых территориях и которым удалось проникнуть в доверие к администрации... По своей социальной и профессиональной принадлежности они состоят из всех слоев населения. Благодаря им Бадаев был постоянно в курсе всех событий и мог сообщать Москве точные сведения в отношении дислокации войск, об экономическом положении, враждебном повсеместно настроении населения к властям, о руководителях администрации, сведения на которых запрашивала Москва и которых он мог в любое время уничтожить..."

Партийный активист оказался полицаем
Партийный активист Антон Федорович был человеком инициативным, потому и выдвигался на руководящие должности. С появлением оккупантов он вник в изменившуюся ситуацию и решил не дожидаться разоблачения и ареста. Он сам явился в сигуранцу и сообщил о своей принадлежности к подпольной организации. Его заключили под стражу и начали допрашивать. Федорович ничего не скрывал. Румынские контрразведчики отнеслись с пониманием к инициативному товарищу и взяли его на работу. Чтобы скрыть измену, Федоровича подержали в тюрьме, распустив слух о его аресте, а затем освободили, якобы разобравшись. После этого Федорович стал работать гласным сотрудником сигуранцы. Зная о месте расположения отряда Клименко, он дал исчерпывающую информацию об известных ему лицах, находящихся в катакомбах, предав также и всех бойцов своего отряда.

Следствием по делу бадаевцев руководил начальник "бюро партизанских расследований" Аргир - под этой румынской фамилией скрывался украинец по национальности Николай Васильевич Кочубей. По иронии судьбы в годы гражданской войны он был разведчиком в деникинской армии и в 1920 году входил в ту самую подпольную белогвардейскую организацию, в которую чекисты внедрили Николая Милана. Но прошло уже более двух десятков лет, и, по счастью, Аргир-Кочубей не узнал в своем подследственном "офицера-<


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
fleur_de_lys
Дата: Понедельник, 14.05.2012, 22:12 | Сообщение # 3

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Нашла интересные документы

--http://bdsa.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=3810&Itemid=116


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!

Сообщение отредактировал fleur_de_lys - Понедельник, 14.05.2012, 22:13
 
fleur_de_lys
Дата: Пятница, 06.07.2012, 12:05 | Сообщение # 4

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
История об участии Одесской милиции в обороне Одессы


Защитник Одессы комбат Смирнов
Я не в щенячем восторге от словосочетаний "Бандитская Одесса" и "Криминальная Одесса". Говорю это абсолютно искренне! Может потому, что сам долго был по эту сторону баррикады... Тут на сайте я уже проговаривал, что Бандитская Одесса - это скорее красивый, яркий и малоизученный миф. Чтоб понять его, я очень давно ищу факты о тех, кто является героями этого мифа.
Десять лет назад мне приказали создать музей (не удивляйтесь, я тогда ещё работал милиционерским майором). Мне приказали создать Музей Одесской школы милиции – старейшего милицейского учебного заведения на Украине. Честно вам признаюсь - не каждый день я создаю музеи. Но всего за два года я приказ выполнил. В 2002 музей был открыт. Мне очень повезло, что у Одесской школы милиции (к тому времени - уже Одесского института внутренних дел) долгая и славная история, как Вы понимаете, тесно переплетённая с Бандитской Одессой. Я этой историей увлёкся (и до сих пор неровно дышу в ту сторону). Не скажу, что это шедевр музейного творчества, но он есть, и в нём собраны очень интересные материалы и экспонаты о тех, кто учился ловить бандитов в Одессе.
Любая музейная работа, это поиск микро сенсаций. Тут главной такой находкой для меня стал Сводный отряд войск НКВД Одесского оборонительного района. О нём в Одессе не знал никто, не было ни слова в литературе, молчали экспозиции одесских музеев. По крупицам я отыскивал информацию в архивах и мемуарах, слушал рассказы ветеранов и консультировался с коллегами. Я и сейчас продолжаю этот поиск. Кое-что уже можно сообщить интересующимся. Эта статья - скромный плод моего исторического поиска...
--http://www.tudoy-sudoy.od.ua/pro-istoriiy-i-odessu/vov/odesskaya-miliciya/66-odesskayamiliciya.html


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
fleur_de_lys
Дата: Воскресенье, 05.08.2012, 16:09 | Сообщение # 5

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
71-я годовщина обороны Одессы. Воспоминания героев

Подвиг героев. 5 августа 1941 года началась оборона Одессы. 73 дня сравнительно небольшими силами удавалось сдерживать наступление румынских и немецких войск. За это жемчужине у моря присвоили звание города-героя.

Война для 17-летнего Миши началась в августе 41-го. Одесский подросток со своими товарищами попал на передовую.

Михаил Рихтер, участвовал в обороне Одессы: у кого-то винтовка была в крови раненых и убитых, а потом нам дали по куску сала. Я мальчик был и дома говорил маме, что у меня от куриного бульона голова кружится, а тут кусок сала дали, а запах страшный, мертвечиной, очень много трупов, жара большая.

Уже к вечеру бывшие одноклассники с винтовками в руках встали на защиту родного города. К этому моменту Одесса со всех сторон была окружена румынскими и немецкими войсками.

Михаил Рихтер: участвовал в обороне Одессы, парень был, мы все вместе в школе учились, говорит, что не могу здесь больше сидеть, его в пот бросило. Он ушёл, и не знаю, что с ним, а к вечеру мы уже стреляли в румын.

Южный, западный и восточный сектор обороны. Сухопутного сообщения с Одессой не было. Продовольствие и боеприпасы доставляли только по морю силами Черноморского флота под огнём вражеской артиллерии.

Василий Прокофьев, старший научный сотрудник Одесского историко-краеведческого музея: и этот снаряд попал в советское судно, прибывшее из Севастополя, полностью нагруженное боеприпасами, авиационными бомбами и крупнокалиберными снарядами. По счастливой случайности, он не взорвался, иначе бы порт снесло с лица земли.

Кольцо окружения уменьшалось. Неся огромные потери, румынская армия, которая по численности в 10 раз превосходила оборонявшихся, неуклонно наступала.

Василий Прокофьев: то, что румыны захватывали днём благодаря массовому превосходству техники, то либо поздно вечером, либо под утро благодаря неожиданным ударам удавалось отбить и взять в свои руки.

К середине октября становиться ясно — город не удержать. За несколько дней советские войска морем покидают Одессу и передислоцируются в Севастополь, где уже идут ожесточённые бои за город.

---http://atv.odessa.ua/news/2012/08/04/71_ya_godovschina_oboroni_1950.html


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
fleur_de_lys
Дата: Среда, 29.08.2012, 19:34 | Сообщение # 6

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Подвиг Одессы
Пятого августа 1941 года Ставка Верховного Командования в своей директиве указала: «Одессу не сдавать и оборонять до последней возможности, привлекая к делу Черноморский флот». Этот день считается началом обороны Одессы
----http://goroda-chernomorya.ru/category/podvig-odessy/


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
jltccbn
Дата: Четверг, 06.09.2012, 11:23 | Сообщение # 7
Нету аватарки у юзера: jltccbn
Сержант
Группа: Пользователи
2
Сообщений:
1
Награды:
0
Замечания:
Статус: Offline
Хотелось бы узнать судьбу Евтушенко Борис Петровича. 1923 года рождения,ушедшего добровольцем в 41 июне-июле месяце. Адрес части П.П.С. 371 133.1 с.п. 3 с.б . 7 рота так написано в присланом письме от 25.09.41 и после этого ничего не известно. Может кто-то знает что это за часть или как найти эту часть. Когда он ушел находился на тот момент в Дальнике в августе один день он был дома и мать его проводила до самого Дальника.
 
rbr149
Дата: Пятница, 07.09.2012, 21:35 | Сообщение # 8

Генерал-майор
Группа: Модераторы
214
Сообщений:
Награды:
3
Замечания:
Статус: Offline
Немногие знают о том, что 6 сентября 1941 года под Одессой сложилась особо тяжелая обстановка. Противник по количеству личного состава и технике в несколько раз превосходил наши войска, и сложилась реальная угроза захвата Одессы. Об этом было доложено в Ставку Верховного Главнокомандования. Немедленно из Ставки пришла шифротелеграмма за подписью И. Сталина, где говорилось о том, что Ставка просит, чтобы героические участники обороны Одессы продержались еще три-четыре дня, после чего будет прислано подкрепление.
Обратите внимание: И. Сталин — Верховный Главнокомандующий — не требует и не приказывает, а просит. И просьба возымела большее воздействие, нежели приказ. Она была доведена до всех участников обороны, вызвала большой подъем и энтузиазм. Одесса вновь выдержала натиск врага, и через четыре дня морем из Новороссийска пришли свежие войска.
Приказ Сталина об оставлении Одессы в кратчайшие сроки был издан в начале октября 1941 года. Он основывался на том факте, что противник вплотную подошел к Крыму, а Крым был для Одессы основной базой, откуда приходили свежие подкрепления, направлялись вооружения и боеприпасы, куда эвакуировали раненных под Одессой военнослужащих…
http://www.e-reading.org.ua/chapter.php/101169/7/Ivanov_-_Pravda_o__SMERSh_.html


Никому не дано раскулачить, русский дух, крепко сжатый в кулак!
 
fleur_de_lys
Дата: Суббота, 08.09.2012, 23:50 | Сообщение # 9

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Данная операция вывода войск описана в фильме "Подвиг Одессы".когда советское командование под носом у противника ночью эвакуировало военнослужащих и раненых в Крым. Говорят эта операция описана в военных учебниках.

Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
rbr149
Дата: Воскресенье, 09.09.2012, 00:24 | Сообщение # 10

Генерал-майор
Группа: Модераторы
214
Сообщений:
Награды:
3
Замечания:
Статус: Offline
То, что эвакуация была проведена как по нотам- в первую очередь заслуга командования Черноморского флота. Надо добавить, что арьергарды ждали специально выделенные катера.
Самое же главное- Одесса могла обороняться и далее. Причиной эвакуации послужило отсутствие войск для обороны Севастополя и Крыма.


Никому не дано раскулачить, русский дух, крепко сжатый в кулак!
 
fleur_de_lys
Дата: Среда, 26.09.2012, 21:24 | Сообщение # 11

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Quote (rbr149)
Самое же главное- Одесса могла обороняться и далее. Причиной эвакуации послужило отсутствие войск для обороны Севастополя и Крыма.

Приказ был важнее.
Вот интересные факты об обороне Одессы
Фашисты в окрестностях Одессы заняли водопроводную станцию. В городе перестала течь из кранов вода. Фашисты рассчитывали, что если останется Одесса без воды — сдастся безоговорочно. Но обитатели долбили каменистую землю, пробивали колодцы. К сожалению, они давали мало воды, доводилось ее выдавать по карточкам. Мучились от жажды люди, но мужество их не покидало.
Под Одессой у врагов было много танков, а у защитников очень мало. В начале войны всей нашей армии не хватало танков. Решили бойцы использовать подбитые немецкие танки, те, что не горели. Ночью перетащили на свою территорию 5 танков и отремонтировали. Рабочие завода закрасили фашистские кресты — красные звезды нарисовали. Увидели фашисты эти танки, обрадовались: «Свои, подмога!». Но почему же танки стреляют по ним? Увидев звезды, разбежались враги, забыв об атаке.

А однажды сидели в окопах вражеские пехотинцы, а за ними артиллеристы у своих пушек. Были уверены фашисты, что наши наступать не будут, нет для этого сил у защитников Одессы. И вдруг видят враги — в поле появились десятка три танков. И странные какие-то: с высокими угловатыми башнями и движутся быстро. Спохватились фашисты, но поздно. Танки уже через окопы перекатываются и прямым ходом на их пушки. Не выдержали немецкие артиллеристы — бросили орудия. А наши бойцы, не теряя времени, выскочили из танков, прицепили к ним брошенные пушки и полным ходом, пока враг не опомнился, — обратно к себе на позиции. 24 пушки утащили бойцы. А танки эти были сделаны из тракторов, которые обили броней. Конечно, настоящей брони не было, ее заменили двумя стальными листами, между которыми были проложены доски или резина. «Такими танками фашиста только на испуг брать», — говорили бойцы. Эти танки «на испуг» сокращенно называли «НИ».

Очень храбро сражались под Одессой летчики и артиллеристы, они стреляли по вражеским кораблям, вражеским колоннам. Однажды вылетел бомбить фашистов наш бомбардировщик, точно выполнил задание, но был встречен огнем зенитных пушек. Загорелся самолет. Скорее дотянуть до родного аэродрома. А пламя все сильнее. Нет, не дотянуть. Выпрыгнуть, раскрыть парашюты? Но тогда летчики окажутся на вражеской территории. Нет, погибать, так не задаром. Внизу ползет колонна вражеских танков. Направил экипаж горящий самолет прямо на них. Взрыв! Со славой погибли четверо комсомольцев: командир — лейтенант Булыгин, второй пилот — лейтенант Колесник, стрелки — радисты Титов и Кусенков. А на дороге остались обгорелые, искореженные танки — до Одессы они не дошли.

Героически сражались моряки-десантники, которых в помощь защитникам ночью сбрасывали с самолетов. Враги прозвали их «черной смертью».
Героически сражались партизаны. Ночью с 15 на 16 октября по затемненным, безлюдным улицам Одессы медленно двигалась грузовая машина. Два бойца, стоя в кузове, понемногу сбрасывали лопатами меловой мешок. За машиной оставался след, он вел через весь город к порту. По этому следу шли молчаливые колонны бойцов. Войска оставляли по приказу город. Они уходили в Крым — оборонять Севастополь. Еще раньше вывезли детей и женщин, машины, станки с заводов и фабрик, рабочих. В городе остались партизаны и немного жителей. Партизаны заняли окопы красноармейцев, перебегая из окопа в окоп, они изредка стреляли, создавая видимость, что оборона города еще сильна. Отступая, саперы взорвали мол, причалы, краны, чтобы не достались врагу. Немцы вошли в Одессу только после 8 утра, но они овладели только «верхней Одессой», а была еще «нижняя Одесса» — под землей — катакомбы, туда переселились десятки тысяч жителей и партизан. В катакомбах партизаны спрятали продовольствие, патроны, гранаты и даже книги. Образовался подземный город, где были даже школы. Партизаны взрывали поезда, поджигали военные склады, перерезали провода. Изловить их было очень трудно. Фашисты не знали всех ходов в катакомбах. Враги стреляли по входам из пушек, ставили караулы, варили жирный борщ у входа на полевой кухне, надеясь, что голодные люди почувствуют запах и не выдержат. А когда все их замыслы провалились, решили заживо похоронить партизан под землей. Стали взрывать входы и заливать бетоном. Но Одесса оставалась непокоренной.
---http://city-heroes.blogspot.com/2011/05/blog-post_25.html


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!

Сообщение отредактировал fleur_de_lys - Среда, 26.09.2012, 21:44
 
fleur_de_lys
Дата: Четверг, 29.11.2012, 23:11 | Сообщение # 12

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Как защищалась Одесса с 4 августа по 16 октября 1941 г.

Оборона Одессы продолжалась с 4 августа по 16 октября 1941г.
Войска отдельной Приморской армии и часть сил Черноморского флота активно поддерживали население города. Какой была жизнь тогда? В фонде Одесского историко-краеведческого музея сохранились газеты того времени. Корреспондент "КП" полистал подшивки "Черноморской коммуны" и "Большевистского знамени".

Запрет на транспорт, оружие и на сокращение времени торговли

Начиная с августа 1941 года эвакуироваться из города можно было только морем. Тем не менее были изданы такие приказы.

"Приказ от начальника гарнизона г. Одессы.
1. Исполкому Одесского городского совета к 8 августа провести перерегистрацию всего автогужтранспорта, принадлежащего государственным, кооперативным и другим организациям города, а также мотоциклов и велосипедов.
Категорически запрещаю эвакуацию на автогужтранспорте, а также мобилизацию его без специального разрешения председателя горсовета и коменданта гарнизона.

2. Время движения людей, трамваев и автогужтранспорта, за исключением войсковых частей - с 5.00 до 22.00. Торгующим предприятиям производить торговлю с 8.00 до 20.00. Сокращать время торговли категорически запрещаю..."
"...Все ранее выданные документы на право ношения холодного оружия гражданам, проживающим в городе Одессе, с сего числа считать недействительными..."

Ополченцы, сухари для армии и бомба в ведре

10 августа 1941 года
"...В цехе румяные, поджаристые булочки, рассыпчатые, хрустящие сухари. Вкусно пахнет свежим тестом и гретым сахаром. Васильев в белом колпаке и белом халате привычным движением пробует тесто. Двадцать пять рабочих первого цеха фабрики готовят сухари для армии, хлебобулочные изделия для города... Двадцать с лишним лет прошло, как Васильев вместе со своими товарищами-пекарями выбивал из Одесского вокзала гайдамаков, дрался с немцами в херсонских степях, штурмовал Перекопский перешеек. Но не забыл он и сейчас, как действовать гранатой и винтовкой. Он говорит: - Ополченцы и боевые дружинники будут драться с врагом на каждой улице, на каждом заводе, в каждом доме. Мы отстоим свой город... - Семён Юдифьев".

"...При Воднотранспортном райкоме Красного Креста заканчивается организация нового отряда дружинников..." "Местное население оказывает большую помощь штабу. Фашисты начали бросать бомбы на жилые дома. Когда на чердак попали зажигательные бомбы, 16-летние юноши Блажиевский и Непомнящий не растерялись и бросили их в ведра с водой. Потушено десять зажигательных бомб..."

Бой под селом П.
В газетах - строжайшая цензура. Невозможно понять, где разворачивались бои. "Румыно-немецкие части численностью до двух батальонов под прикрытием тридцати танков пытались захватить село П. Небольшая группа красноармейцев под командованием капитана Рутковского героически отражала атаки врага..."

Осколок повредил кастрюлю с компотом

"Слово народное" - именно такой была одна из рубрик в газете "Большевистское знамя". Здесь можно было найти пословицы и поговорки, стихи, написанные одесситами. Например:

Смерти бояться - на свете не жить.
Смелый там найдет, где робкий потеряет.
Коли мало штыка - дадим приклада.

В одном из номеров газеты были опубликованы стихи Виктора Винникова:

Тем, кто бесстрашно стоит на страже
И не смыкает глаз,
В грозном бою
Не бывает страшен
Вражеских танков лязг...

Есть в газетах и юмор:

8 августа 1941 года: "Корабельный кок тов. Бурый вместе со своей командой отражал атаку фашистской авиации. Вражеский самолет был сбит. Наши потери - осколком повреждена кастрюля с компотом..."

16 сентября 1941 года:
"...От неизвестной причины в Черном море погибли два крупных румынских транспорта. В авторитетных кругах предполагают, что они столкнулись с акулой..."

Еда была по карточкам

24 августа 1941 года:
"Решение исполнительного комитета Одесского областного совета депутатов трудящихся: Установить с 25 августа 1941 года продажу печеного хлеба, сахара, круп и жиров по карточкам. Нормы: Печеного хлеба на каждого работающего на предприятии оборонного значения - 800 граммов в день; для рабочих остальных предприятий,
а также лиц, работающих в учреждениях - 500 г; на каждого члена
семьи - 400 г.

Сахар: на каждого работающего - 1 кг в месяц, члена семьи - 200 г.
Крупа: 3 кг в месяц, на члена семьи- 2 кг.
Жиров: 1 кг в месяц, члена семьи - 400 г.

"Сегодня в кинотеатрах"

Дети учились, а взрослые могли даже культурно отдыхать.

22 сентября 1941 года:
"...Перед учительством города стоит ответственная задача: в условиях военного времени обеспечить нормальную работу школ, выполнить программный материал..."

Судя по газетным заметкам, в Одессе театры не работали, а вот кино было.

Кинотеатр им. 20-летия РККА (ул. Ленина, 9): "Новый горизонт"
Им. Котовского (Колодезный переулок): "Трактористы"
Им. Горького: "Подруги"
Кинотеатр "Серп и молот": "Четвертый перископ"
Кинотеатр "Хроникальный": "Федька"
Им. Ворошилова: "Фронтовые подруги"
Им. Короленко: "Профессор Мамлок".

Делаем лопаты, бочки и другие изделия

На одесских заводах: "...на одесском заводе "Пожарогас" многим пришлось обрести новые специальности. Слесарь Ганиман по-хозяйски присматривает за рабочими своего цеха. Дежурный электрик тов. Пыж, кроме своих непосредственных обязанностей, работает в дневной охране завода и заменяет табельщика. Совмещают профессии и служащие. Завод стал подготавливать различную продукцию для обороны солнечного города. Мы делаем лопаты, бочки и другие изделия...

* Директор завода "Пожарогас" Г. Москалев"

До начала войны военной промышленности в Одессе не было. Но был цех, который выпускал взрыватели для 45-мм снарядов. Однако с началом обороны многие заводы стали работать в режиме военного времени. Прямых свидетельств в газетах нет - опять же цензура. Но об этом мне рассказал заведующий историческим отделом Мемориала героической обороны Одессы (411 батареи) Василий Прокофьев.

Танк "На испуг"
В конце августа 1941 года на заводе им. Январского восстания было создано три необычных танка, которые одесситы знают, как танки "На испуг". Всего за время обороны Одессы их было выпущено порядка 60 единиц. Чем же примечательны эти машины? За их основу были взяты трактора СТЗ-НАТИ. В качестве бронеприкрытия использовалась корабельная сталь. Ее брали с Одесского судоремонтного завода. Поворотные основания башен изготавливали в трамвайных мастерских Одессы. Вооружение танка состояло из 2-х пулеметов калибра 7, 62 мм. Иногда некоторые танки оснащались траншейными дальнеструйными огнеметами. Для испытаний на "Январке" был создан полигон. Проверка показала: броня могла спасти от мелкокалиберных снарядов, осколков, мин и пуль. Проект танка разработали главный инженер завода им. Январского восстания П. К. Романов, А. И. Обедников и капитан У. Г. Коган. Танк "На испуг" были основой вооружения 210-го бронетанкового батальона Приморской армии под командованием Николая Юдина. Впервые их применили в сентябре 1941 года в ночной атаке под селом Великий Дальник (Южный сектор обороны). Там занимали оборону подразделения 25-й Чапаевской дивизии. На танках были включены фары и сирены и они пошли без артиллерийской поддержки на румынские траншеи. Противник не ожидал такого, а потому бросил позиции, спасаясь бегством...

Граната, похожая на мороженое
В Приморской армии гранат не хватало. А потому их изготавливали в Одессе. За основу брали цилиндр советской ручной гранаты РГД-33. В качестве взрывчатого состава - селитру, перемешанную с древесными опилками. А затем гранату обкручивали 3мм проволокой. Порой вместо проволоки использовали мотоциклетные рессоры. Одесская граната была похожа на мороженое без палочки.

Артель детской игрушки выпускали мины
Здесь было налажено производство противотанковых и противопехотных мин. Под корпус противопехотной мины брали жестяные банки из-под консервов. А для противотанковых - большие коробки из-под кинолент. На заводах им. Январского восстания и Октябрьской революции изготавливали минометы. Под стволы минометов приспосабливали трубы с Одесского нефтеперерабатывающего завода.

За время обороны Одессы изготовлено:

Минометов - 1300 единиц,
ручных гранат - более 300 тысяч,
траншейных дальнеструйных огнеметов - 1000 единиц.

Шли под оркестр, а получали пулю
Сегодня Ольга Александровна Дмитрова - подполковник медслужбы в отставке. А в 1941 году она была студенткой-четверокурсницей Одесского мединститута. Коренная одесситка, Ольга не захотела эвакуироваться вместе с институтом, а записалась добровольцем на фронт. Во время обороны Одессы служила в моторизированном батальоне 95-й стрелковой дивизии. Находилась под Выгодой в составе медподразделения. Она в числе последних эвакуированных покинула город. - Под Выгодой были тяжелые бои. И в медчасть все время поступали раненые. Ребята рассказывали, как вызывающе вели себя румыны при наступлении. Они шли в бой под оркестр и рядом катили бочку с вином. Ольга была потрясена, когда умер наш первый боец. - Я до самого вечера оставалась в санчасти, была дежурной. А когда мы собрались уезжать, машина оказалась якобы неисправной. Политрук Ревякин пошел искать лошадей, но их не было. Тогда он наставил пистолет на водителя машины и приказал чинить ее. Буквально через несколько минут она завелась. Всю дорогу, пока мы ехали к порту, хотелось плакать - горел Крекинг, стога сена, на улице Комсомольской пылал институт холодильной промышленности. Мы не могли доехать до порта, только до Торговой лестницы, а потом - пешком. Вокруг разруха, огонь. Страшно. Но самое страшное оказалось, что из тех, кто эвакуировался, было только нас трое - Дуся Резник, Ревякин и я. Начальник нашей санитарной службы отпросился попрощаться с семьей и не вернулся. Не вернулся и его помощник, а также зубной врач. Причем последний увез все наше оборудование еще раньше, чем мы выезжали из Дальника. Насколько я знаю, после войны его нашли сотрудники КГБ. Выяснилось, что он просто сбежал, - вздыхает Ольга Дмитрова.

В ночь на 16 октября корабль "Калинин" в составе каравана судов взял курс на Севастополь...
---http://odesskiy.com/chisto-fakti-iz-zhizni-i-istorii/kak-zaschischalas-odessa-s-4-avgusta-po-16-oktjabrja-1941g.html


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
fleur_de_lys
Дата: Пятница, 30.11.2012, 16:53 | Сообщение # 13

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
А было это так… - воспоминания о героическом подвиге Одессы

Они в Одессу не войдут!»

— Когда пришёл приказ Ставки оставить Одессу, мы не поверили, что такое может быть. И вице-адмирал Гавриил Васильевич Жуков, наш командующий, тоже не поверил. И никто не собирался уходить. Но потом пришёл ещё один приказ. Подтверждение первого. Нас буквально силой заставляли грузиться на транспорт в сторону Крыма. Здоровые ребята, моряки, плакали. Матерились. И обещали друг другу, что всё равно румын в Одессу мы не пустим.

И сделали больше, чем можно было придумать. Уже военно-морская база была эвакуирована, уже нас в Одессе не было, а румыны всё еще не рисковали входить в город. Потому что они, румыны, собственными глазами и в собственные бинокли видели, как ежедневно на рассвете транспорт один за другим приходит в Одессу и выгружает массу людей. Ну, какой тут можно сделать вывод? Только один: все разговоры об оставлении города советскими войсками — блеф и дезинформация. Вот и опасались враги нашего «коварства».

А суть коварства на поверку Чисто одесская была! Просто многие одесситы — и женщины, и старики — ехали днём за город, там поздно вечером, уже в сумерках, садились на баржи и катера, под утро прибывали на них в порт. Выгружались. Отправлялись домой, переводили дух, а потом снова по тому же маршруту. Круговорот одесситов на морском пятачке, если угодно. Зато для румын полная видимость постоянного подкрепления оборонявших город войск.

Но если об «устрашающем одесском оружии» — танке «НИ = На Испуг», созданном на «Январке», после войны стало известно всем и каждому, то об этой тогдашней хитрости как-то не писали и не говорили. А ведь было же! И достигли же результата, эффект оказался впечатляющим! Ну, словом, не зря писали краснофлотцы письмо маршалу Антонеску — такое письмо, что запорожским казакам и не снилось, а в газете цитировать как-то неловко. Всё же газету, бывает, и дети читают. Хотя редко, конечно. И женщины... Правда, если честно, то тогда, в 41-м, ни дети, ни женщины в Одессе в выражениях в адрес фашистов особо не стеснялись.

Но если надо — это письмо сохранилось в Одесском областном архиве. Можно там его посмотреть. Разве что только его, не дай Бог, в брежневские времена никому не пришло в голову «подредактировать». С учётом «бессмертного подвига начальника политотдела 18-й армии». А то ведь у нас это умеют, и ещё как: вон, в доме-музее Пушкина, что рядом с гостиницей «Красная», и то умудрились музей этой 18-й армии учудить(?).

Да ладно уж, заглянуть в иные книжки — так и всю оборону Одессы лично подполковник Брежнев организовал, когда проезжал ненароком по околице Одесской области. А Гавриил Васильевич Жуков (получается так) только брежневским рекомендациям послушно внимал...

«Ничто человеческое не чуждо»
— Из Одессы мы уходили на Севастополь. В Крым. И там оставались тоже до самых последних часов севастопольской обороны.
В Севастополе было жутко. Города почти не осталось. Буквально на улице, у развалин какого-то дома, валялись тома Салтыкова-Щедрина, Толстого, Гоголя, Лермонтова. И, спасибо, мы на фронте читали книжки. Куда больше читали, чем в прежние времена, которые, казалось бы, куда свободней и безмятежней были. А комиссар наш, фамилия его Лукьянов, приходил, бывало, и спрашивал:

— " Ну, ребята, что там в умных книжках вы прочитали? У вас-то высшее образование, вы знаете, что там и к чему. Ну-ка, обрисуйте обстановочку, чтобы я завтра мог мобилизовать коммунистов и беспартийных на новый бой с фашистами! Падлы они, мать их так, вместо Одессы мне тут сидеть приходится".

Да, он так и говорил: «на бой с фашистами», а не «на бой против фашистов». Однако кто на это
внимание обращал — не до мелочей языковых во время войны. Ещё запомнилось: севастопольские пацаны не любили симферопольских, презрительно называли их «эти северяне». Но когда собирались вместе, и те, и другие завистливыми глазами на нас смотрели и просили рассказать «про Одессу». Едва ли не главная их мечта на послевоенные времена — в Одессе побывать, своими глазами её увидеть.

Да привозили нам массандровские вина, угощали нас. Пили мы за здоровье, за семьи — у кого они остались ещё. За Одессу свободную.

Вообще-то, вот удивительная штука: за всю войну, от начала и до конца — на передовой, и ни одного ранения! И ни гриппа, ни ангины, ни гастрита какого-нибудь. Единственный раз довелось проваляться в госпитале — винограда переел. Уж чего-чего, а винограда было вдосталь. И спелого, и не совсем. Ну и смех, и грех. Господи, молодые же были. Может быть, и не боялись, оттого что молодые? Ещё и жизни толком не знали, цены её не знали тоже...

На шаланде — про шаланды

— Привезли фильм «Два бойца» в Туапсе. Новенькую копию. Плёнка совсем-совсем свежая. Просто знали командиры, что здесь, на Кавказе, очень много нас — тех, кто из Одессы. Вот и решили, по фронтовым понятиям, нас побаловать.

Крутили кино на батарее, что стояла на самом берегу. И пока шла картина — подходили лодки и баркасы, шаланды и ялики с людьми. Как-никак, а кино, с одной стороны, новое, а с другой — про Одессу.

Но вот дошло до песни про рыбачку Соню и Костю-моряка. "Шаланды полные кефали ..." И — всё. Только Бернес её допел — заставили киномеханика остановить мотор, перекрутить назад, чтобы опять её услышать. А потом ещё раз. И ещё. И так до тех пор, пока плёнку ещё можно было показывать, пока она выдерживала. Зато песню практически тут же все выучили наизусть. А эта часть фильма превратилась буквально в лохмотья.

А тут — на тебе, авианалёт немцев. Ну, как приложилась батарея, как дала по «мессерам» — от души. На самой батарее ни одного даже поцарапанного, а несколько самолётов сбили. Другие поспешили драпануть.

Потом прибыло высокое начальство, чтобы награждать за успехи. Они, штабисты, уже были с орденами, а вручать привезли медали. Так один из награждаемых отрапортовал, как по уставу положено: «Служу Советскому Союзу! — и попросил: — А можно ещё раз «Два бойца» привезти? Или по крайней мере песню ту, что за Одессу!».

И ещё с этой же песней произошел такой случай. Прибыл на передовую со своим оркестром Евгений Александрович Мравинский. Великий дирижёр из Ленинграда. В чине капитан-лейтенанта, между прочим, а никакой не генерал, как это в военных оркестрах мода пошла — наряжать их через полвека после войны. Гениальную классику играли музыканты. Потом захотели сделать приятное — и грянули было «Мурку». По-настоящему, не как в кабаках, а всерьёз, по всем правилам высокого музыкального искусства. Конечно, овация. И — просьба:
— Товарищ капитан-лейтенант, а можно «Шаланды»?
И одесситы на Кавказе пели «Шаланды» в сопровождении самого замечательного в мире симфонического оркестра.

А с Мравинского взяли слово: он обязательно приедет в освобождённую Одессу и обязательно с оркестром, и обязательно с классическим репертуаром, а потом сыграет «Шаланды». И Мравинский обещал.

Позже Райкин приезжал на фронт, Аркадий Исаакович. Молодой ещё совсем, черноволосый. На той же самой «точке» выступал, где и Мравинский. Он тогда ещё пел куплеты: «Барон фон дер Пшик попал под русский штык». Тут обстрел начинается. Но концерт всё-таки немцы не сорвали. И Райкин тоже обещал, что в следующий раз в свободной Одессе даст гастроли. Сдержал слово. И не только сдержал — ещё и привёз в послевоенную Одессу ту самую бескозырку, что ему подарили одесские моряки на фронте в Туапсе.

А тех, кто обстреливал Райкина, наши полили из огнемётов. Как говорится, пишите письма. А потом совершенно случайно узнали (по невероятному стечению обстоятельств), то оказалась вражеская часть, которая вошла-таки в Одессу после нашего ухода. Ну что же — считай, квиты, правда?

* * * * * (Воспоминания)
Мой папа, ветеран обороны Одессы, Севастополя и Кавказа, прошёл всю войну «от и до». С фронта он писал моей маме, что воюет нормально, что воюет за Одессу. Никогда не писал и не говорил — «За Родину, за Сталина». Сталина, как и Гитлера, он ненавидел всю жизнь.

В Одессе по сей день живёт папин товарищ той поры — Герой Советского Союза контр-адмирал Фёдор Пахальчук. Лет пять назад они виделись, и потом папа рассказывал:
— Знаешь, Федя что-то на здоровье стал жаловаться. Постарел сильно...
Из других его фронтовых друзей не осталось почти никого. В Таллине умер его командир, в Севастополе — комиссар, в Краснодаре — воспитанник, подобранный в годы войны моряками и ставший в четырнадцать лет «сыном полка».
А папа практически и не болел. В октябре 2004-го мы тихо отметили его 90-летие. Но спустя два месяца вечером он вдруг плохо себя почувствовал. Приехала одна «скорая» — обычная, потом вторая — специализированная. А на рассвете папы не стало...

Дома остались фотографии, фронтовые письма, ордена и медали. И среди них медаль «За оборону Одессы», одна из самых-самых первых, с наградным удостоверением, которые папе вручали на передовой в 1943 году.
Где-то лежит фляжка, из которой 9 мая 1975 года у нас дома вместе с Константином Михайловичем Симоновым мой практически совсем не пьющий папа пригубил по пятьдесят граммов водки — фляжка симоновская, он её в тот день, на 30-летие Победы, папе подарил. Ведь Симонов тоже в дни обороны был в Одессе.

В памяти остались папины рассказы — нет, не для книги мемуаров, не для телепрограммы. Для меня. Что называется, из первых рук. То, о чём и рассказано сегодня.

• Евгений ЖЕНИН. Редакция газеты "Юг"

-----http://odesskiy.com/chisto-fakti-iz-zhizni-i-istorii/a-bylo-eto-tak-10-aprelja-den-osvobozhdenija-odessy.html


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
fleur_de_lys
Дата: Вторник, 01.01.2013, 20:03 | Сообщение # 14

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline


Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
Admin
Дата: Воскресенье, 04.01.2015, 09:38 | Сообщение # 15

Генералиссимус
Группа: Администраторы
2312
Сообщений:
Награды:
13
Замечания:
Статус: Offline

Оборона Одессы.



Режиссер: Владимир Крыжановский
Год выпуска: 2011
Страна: Украина


Описание:
 
Это фильм о мужественной защите города Одессы в самом начале войны (август-октябрь 1941 года). Это описание 73 дней героической обороны. Фильм о подвигах и мужестве рядового населения при обороне родного города. Город не был покорен, он был оставлен по приказу Ставки...
В хронологическом порядке повествующих о первых днях войны на южном направлении, о круговой обороне Одессы силами нескольких дивизий, об осаде и просьбе ставки продержаться, о внезапной и решительной десантной операции по уничтожению превосходящих сил противника, о беспрецедентной эвакуации всей приморской армии проведенной без потерь. В фильме использованы как документальные кадры и фотографии, так и вставки из художественного фильма "Поезд в далёкий август", цитаты из книг о войне.

Оборона Одессы. На дальних подступах к Одессе.



Оборона Одессы. Черноморская твердыня.



Оборона Одессы.  Передайте просьбу Ставки...



Оборона Одессы. Григорьевский десант.



Оборона Одессы. Одессу оставляет последний батальон...

 
fleur_de_lys
Дата: Пятница, 09.01.2015, 22:25 | Сообщение # 16

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Жаль,что такие фильмы не показвают по нашему телевидению( Ведь наши студенты не занют,когда мы празднуем день освобождения Одессы,а про оборону я вообще молчу......

Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
fleur_de_lys
Дата: Суббота, 17.01.2015, 22:45 | Сообщение # 17

Генерал-полковник
Группа: Модераторы
1390
Сообщений:
Награды:
4
Замечания:
Статус: Offline
Большое спасибо за фильмы!

Вечная Слава Солдатам Великой Войны!
 
Admin
Дата: Воскресенье, 25.01.2015, 05:49 | Сообщение # 18

Генералиссимус
Группа: Администраторы
2312
Сообщений:
Награды:
13
Замечания:
Статус: Offline
Оборона Одессы в 1941 году, враг рвется к Одессе

В последних числах июля 1941 года войска левого крыла Южного фронта, ведя тяжелые оборонительные бои, отошли за Днестр. Приморская группа, затем армия, созданная из левофланговых дивизий 9-й армии в составе 25-й и 95-й стрелковых и 1-й кавалерийской дивизий, переправилась на восточный берег Днестра и заняла оборону от Тирасполя до Каролино-Бугаза. Ее левый фланг упирался в Черное море. Правее Приморской армии на широком фронте по Днестру оборонялась соседняя 9-я армия.

Против советских войск действовали 11-я немецкая и 4-я румынская армии. Они наступали в общем направлении на Вознесенск с целью осуществить глубокий прорыв между 9-й и Приморской армиями и, отбросив последнюю к морю, захватить Одесскую военно-морскую базу ударом с суши.

Наступление вражеских войск развивалось быстро. К 7 августа они овладели городами Котовск, Первомайск, Кировоград, Вознесенск, а их авангардные части достигли Кременчуга. Создалась прямая угроза разгрома всего левого фланга Южного фронта. Опасность нависла над Одессой, Николаевом, Очаковом и Херсоном.

В такой сложной обстановке штаб Южного фронта в начале августа принял решение о последовательном отводе своих армий на Южный Буг и Днепр, причем прикрытие Одесского направления и Одесской военно-морской базы с суши возлагалось на Приморскую армию. Ей было приказано отойти на рубеж Березовка - Катаржино - ст. Кучурган и занять оборону.

Выполняя приказ, части Приморской армии, ведя ожесточенные оборонительные бои, в течение 7-10 августа отходили на этот рубеж. Однако удержать его они не смогли в связи с исключительно большим превосходством противника в живой силе и боевой технике, особенно в танках.

Только к исходу 10 августа части армии получили возможность задержаться на рубеже Александровна - ст. Буялык - Павлинка - Старая Вандалинка - Бриновка - Мангейм - Беляевка - Каролино-Бугаз. Этот оборонительный рубеж полукольцом охватывал район и город Одессу и своими флангами упирался в Тилигульский и Днестровский лиманы. Таким образом, начались бои на дальних подступах к городу.

Выход войск противника на подступы к Одессе потребовал от командования Черноморского флота быстрых решений. Перед руководством Одесской военно-морской базы была поставлена задача - связаться с командованием сухопутных войск для разработки плана обороны города с использованием кораблей и особенно артиллерийских батарей на суше, обратив особое внимание на вопросы взаимодействия. Кораблям военно-морской базы было приказано поддерживать войска, обороняющие Одессу, до последнего снаряда.

В случае окружения Одессы предусматривалась организация поддержки защитников города и их снабжения с моря. Для этой цели было решено использовать корабли и авиацию основных сил Черноморского флота.

Выполняя приказ, командующий Одесской военно-морской базой по своей инициативе принял решение о формировании частей морской пехоты. Это не сразу было понято некоторыми руководителями штаба базы. Они говорили, что моряки не обучены действовать на суше, плохо знают тактику сухопутных войск, что для частей морской пехоты трудно найти командиров и т. п. Однако такие настроения были преодолены благодаря решительной позиции командующего военно-морской базой контр-адмирала Г.В.Жукова и ее комиссара С.И.Дитятковского, и через несколько дней был сформирован 1-й полк морской пехоты под командованием полковника Я.И.Осипова.

В состав этого полка вошли школа младших командиров, химическая рота, часть караульной роты, десантная группа, матросы и командиры с канонерских лодок, из частей морской артиллерии, береговой и противовоздушной обороны - всего около 1200 бойцов и командиров.

На первых порах полк не имел артиллерии, средств связи, саперных лопат и другого имущества.

Перед 1-м полком морской пехоты была поставлена задача - оборонять район Чебанка - Дофиновка.

Вскоре началось формирование второго такого же полка, который первоначально получил наименование резервного. 2-му полку морской пехоты было поручено готовить личный состав для ведения боя на суше, направлять на фронт маршевые роты, защищать и охранять порт и подходы к нему от возможной высадки морского десанта противника, прикрывать основные передовые батареи. Позднее на него была возложена оборона района Новой Дофиновки, пляжа возле нее и Бурлачьей Балки. Первоначально полк состоял из 700 бойцов.

Всего в обороне города на суше участвовало около 8 тысяч моряков Черноморского флота. Одновременно, выполняя приказ народного комиссара Военно-Морского Флота, командование перенесло боевую деятельность Черноморского флота в северо-западный район Черного моря и направило часть его сил на защиту Одессы. Количество боевых кораблей и самолетов в этом районе было увеличено, подходы к Одессе с моря были заминированы. Эти и другие мероприятия командования Черноморского флота и Одесской военно-морской базы были вполне целесообразны и сыграли значительную роль в деле организации обороны подступов к Одессе.

8 августа 1941 года был опубликован приказ начальника гарнизона Одессы №25. В нем говорилось:
“1. С 19:00 8 августа с. г. гор. Одесса с окрестностями объявляется на осадном положении.
2. Въезд граждан в город без специальных пропусков, выдаваемых председателями райисполкомов, запрещается.
3. Во изменение приказа по гарнизону № 21 от 4 августа 1941 г. движение граждан и всех видов гражданского транспорта с 20:00 и до 6:00 запрещается. Возвращение с работы и следование по служебным делам в этот период разрешается лишь по специальным пропускам, выдаваемым комендантом гарнизона.
4. За всякие диверсионные вылазки (стрельба с чердаков, подача световых сигналов, работа радиопередатчиков) отвечают домовладельцы, управляющие домами и дворники.
5. За нарушение приказа виновные будут привлекаться к строжайшей ответственности по законам военного времени.

Начальник гарнизона гор. Одессы Жуков.
Комиссар гарнизона гор. Одессы Дитятковюкий.
Комендант гарнизона гор. Одессы Проценюк”

Несколько дней спустя было опубликовано обращение Одесского областного и городского комитетов КП(б)У и исполкомов областного и городского Советов депутатов трудящихся ко всем жителям Одессы. “Товарищи! - говорилось в обращении. - Враг стоит у ворот Одессы - одного из важнейших жизненных центров нашей Родины. В опасности наш родной солнечный город. В опасности все то, что создано в нем руками трудящихся. В опасности жизнь наших детей, жен, матерей. Нас, свободолюбивых граждан, фашистские головорезы хотят превратить в рабов. Пришло время, когда каждый из нас обязан встать на защиту родного города. Забыть все личное, отдать все свои силы на защиту города - долг каждого гражданина... Выполняйте все указания военного командования. До последней капли крови бейтесь за свой родной город, за каждый дом, за каждое предприятие. Деритесь за каждую пядь земли своего города! Уничтожайте фашистских людоедов! Будьте стойкими до конца!” Обращение заканчивалось словами: “Наше дело правое. Враг будет разбит! Победа будет за нами. Одесса всегда будет несокрушимой крепостью большевизма на Черном море!”

Слова обращения глубоко всколыхнули самые широкие массы трудящихся города. Вновь прокатилась волна митингов и собраний на предприятиях и в учреждениях Одессы. Выступавшие на митингах труженики города давали клятву отдать все силы на его защиту.

“Мы, трудящиеся Одессы, - единодушно заявили рабочие, служащие и инженерно-технические работники завода “Красный Октябрь”, - горячие патриоты своего любимого города, нашей южной красавицы Украины. Кипит в ней жизнь, работают фабрики и заводы, приходят и уходят из порта корабли. Красивые ровные улицы города полны людей. Остервенелый враг хочет нарушить жизнь прекрасного советского города. Не бывать этому никогда! Все как один станем грудью на защиту родного города от варваров!”

Рабочие завода имени Январского восстания - бывшие красногвардейцы - выступили с горячим призывом защищать родной город до последней капли крови. “Пока мы живы, - говорили они,- не дадим извергам издеваться над нашими детьми и женами, не допустим врага к нашему прекрасному городу. Одесса была, есть и будет советской!”

Широким потоком поступали заявления от патриотов города, просивших зачислить их в народное ополчение, в истребительные отряды, в отряды МПВО, отправить на фронт. Так, значительная часть дружинниц, закончивших обучение при Воднотранспортном райкоме Красного Креста, обратилась с просьбой немедленно отправить их на передовые позиции. Уходя на фронт, они заверяли трудящихся своего родного города, что выполнят свой долг до конца. В своем прощальном письме дружинница Кашицкая писала: “До свиданья, дорогие боевые подруги, желаю вам счастья и побед. Я же вернусь с победой над гнусным врагом - фашизмом. А если придется умереть за Родину - то умру без страха. Вы же будьте готовы заменить каждую из нас, если кто выйдет из строя. Жму ваши руки. С приветом Кашицкая”.

Таких фактов было множество. Люди, которым предстояло защищать Одессу, горели желанием разгромить ненавистного врага.

Местность, где разгорелись ожесточенные бои, представляла собой слегка всхолмленную, понижающуюся к морю равнину. Берега моря высокие и довольно крутые, с узкими песчаными и каменистыми пляжами. Район пересечен широкими, глубиной до 40 м, балками, вытянутыми с севера на юг семью лиманами. Некоторые из них отделены от морского побережья пересыпями, достигающими 2-5 км ширины, другие соединяются с морем.

Длина лиманов колеблется от 6,5 до 40 км, ширина - от 1 до 5 км, глубина - от 3 до 9 м. Берега высокие и обрывистые. Верховья всех лиманов пересыхают, однако дно остается вязким. Наиболее важными с оперативной точки зрения были Тилигульский и Днестровский лиманы, поскольку они находились на флангах обороны.

Оценивая характер местности на подступах к Одессе, надо сказать, что она представляла больше удобства для наступления, чем для обороны. Лиманы, делящие побережье на несколько изолированных друг от друга участков, затрудняли маневрирование обороняющихся войсковых частей с запада на восток и обратно и осложняли их взаимодействие. С берега моря местность плохо просматривалась, оттуда можно было видеть только прибрежные балки, долины, лиманы. Это ограничивало возможность наблюдения за действиями противника и затрудняло боевое использование корабельной артиллерии.

Сложность стоявшей перед защитниками города задачи состояла и в том, что войска были вынуждены обороняться на очень широком фронте. Оборона Одессы с суши не была подготовлена в мирное время. Оборонительные работы на Одесском направлении были начаты только в связи с отходом советских войск из Бессарабии за Днестр. С 17 июля 1941 года 2-е и 5-е управления военно-полевого строительства начали строительство оборонительных рубежей, прикрывавших Одессу. Однако к началу обороны города строительство не было завершено до конца.

С целью организации длительной борьбы командование армии дало указание войсковым частям приступить к подготовке глубокой системы оборонительных рубежей в тылу армии. Передовые рубежи этой системы проходили через Большой Аджалыкский лиман, западнее Свердлова, по южной окраине Кубанки, через Ильинку, Чеботаревку, Палиово, ст. Выгода, Карсталь, по южной окраине Беляевки с ответвлением на Вакаржаны, Петерсталь и Францфелъд. Протяженность передовых рубежей составляла около 80 км, их фланги опирались на труднопроходимые преграды - Большой Аджалыкский и Днестровский лиманы. Расстояние от окраин Одессы до передовых оборонительных рубежей достигало 20-25 км. Это обеспечивало защиту города и порта от артиллерийского огня противника.

Главный рубеж обороны пролегал по южной окраине Гильдендорфа, через Протопоповку, Дальник, Татарку и Сухой лиман. Он имел длину более 50 км и отстоял от окраины города на 8-14 км. В случае отхода советских войск на этот рубеж город и порт входили в зону артиллерийского обстрела. Чем дальше к югу, тем больше возрастала опасность. Например, прорыв войск противника на вторую линию главного оборонительного рубежа (Крыжановка - пос. Застава - Сухой лиман - Люстдорф) давал им возможность обстреливать город и портовые сооружения одновременно с нескольких направлений.

Всю эту систему должны были дополнять укрепления в черте города: баррикады, окопы, противотанковые препятствия и другие оборонительные сооружения. Кроме того, было предусмотрено затопление пересыпи у Хаджибейского лимана взрывом плотины, перекрывающей лиман.

К инженерным работам намечалось привлечь личный состав военно-морской базы, тыловые части армии и трудоспособное население города. Успешное создание такой глубокой системы оборонительных рубежей, конечно, сыграло бы большую роль. Но решить эту задачу из-за недостатка времени не удалось.

12 августа вражеские войска, стремясь прорваться к Одессе, начали вести яростные атаки в трех направлениях: на Булдинку, Большое Фестерово и Беляевку. Однако попытки противника были отбиты с большими для него потерями. Только на Беляевском направлении из участвовавших в атаке вражеских 12 танков было уничтожено 7. На следующий день атаки возобновились с еще большей силой, но и на этот раз они были безуспешными.

В ходе боев было установлено, что широкий фронт обороны и меридиональное расположение лиманов сильно затрудняли маневренность советских войск, их взаимодействие, а главное - связь и управление. Поэтому командование Приморской армии решило перегруппировать войска и реорганизовать систему всей обороны. Это нашло свое отражение в боевом приказе от 13 августа 1941 года, который имел большое значение в деле обороны Одессы и был по существу первым документом, отражавшим переход к стабильной обороне города.

В приказе говорилось, что Приморская армия должна до последней возможности удерживать рубеж Григорьевка - Свердлово - Ильинка - Бриновка - Секретаревка - Мангейм - Кагарлык - Беляевка - Овидиополь - Каролино-Бугаз.

Фронт войск Приморской армии, оборонявших Одессу, был разделен на три сектора - восточный, западный и южный во главе с комбригом Монаховым, генерал-майором Воробьевым и полковником Захарченко.

В целях осуществления стройного взаимодействия сухопутных войск и флота корабли Одесской военно-морской базы получили боевые задачи по секторам обороны сухопутных войск. Так, эсминцы “Фрунзе”, “Дзержинский”, “Шаумян”, “Незаможник” и крейсер “Красный Крым” поддерживали своим артиллерийским огнем войска восточного сектора.

Несколько дней спустя, когда выяснилось, что против восточного сектора обороны направлен главный удар противника, к перечисленным кораблям присоединились эсминцы “Смышленый” и “Беспощадный”, канонерские лодки “Красная Грузия”, “Красная Армения” и “Красный Аджаристан”.

Поддержка артиллерийским огнем войск западного и южного секторов, где противник вел наступление с ограниченными целями, была возложена на три корабля: крейсер “Красный Кавказ” и два эсминца. В соответствии с приказом войска армии заняли свои районы, продолжая вести тяжелые бои с врагом, рвавшимся на ближайшие подступы к Одессе. Войска противника по численности превосходили силы Приморской армии более чем в два раза. А главное, они имели свыше 100 танков, тогда как в частях Приморской армии было всего два танка и около десятка бронемашин.

Особенно сильные бои развернулись в восточном секторе обороны, где враг с 15 августа перешел в решительное наступление, нанося удар по правому флангу.

К вечеру того же дня вражеские войска прорвали оборону сектора и захватили Булдинку. Но дальнейшее продвижение противника в глубь обороны было приостановлено. Этому во многом способствовала большая помощь крейсера “Красный Крым” и эсминцев “Шаумян” и “Дзержинский”, которые мощным артиллерийским огнем нанесли наступавшим войскам значительные потери. Перейдя в контратаку, бойцы морской пехоты отбросили врага и освободили Булдинку. Тем не менее попытки врага прорваться к Одессе с востока не прекращались. В ночь на 16-е и днем 16 августа войска противника продолжали свои атаки. На первых порах они имели успех; им удалось глубоко вклиниться в оборону советских войск и прорваться в район Шицли. Разгорелись многочасовые бои, в ходе которых 17 августа прорвавшиеся части противника (два батальона и рота танков) были окружены и разгромлены. Было захвачено большое число пленных, 18 орудий, 3 танка, бронеавтомобиль и много других трофеев. Однако на другой день, введя в бой новые силы, при поддержке авиации, вражеские войска все же сумели вновь вклиниться в оборону советских войск в направлении Шицли.

Одновременно развернулись ожесточенные бои и в южном секторе, на левом фланге обороны. Сосредоточив в районе Кагарлыка одну пехотную дивизию и 70 танков, противник перешел в наступление на узком участке фронта. Несмотря на упорное сопротивление бойцов 25-й Чапаевской стрелковой дивизии (командир дивизии генерал-майор И.Е.Петров), оборонявших этот сектор, врагу удалось прорвать оборону.

Дальнейшее продвижение вражеских частей в направлении на Карсталь создавало серьезную угрозу. Для ликвидации прорыва и уничтожения кагарлыкской группировки противника 1-я кавалерийская дивизия, составлявшая армейский резерв, с приданным ей 90-м полком 95-й стрелковой дивизии получила приказ в качестве ударной группы армии к утру 17 августа атаковать продвинувшиеся части противника в общем направлении на Кагарлык - Гладеницу и уничтожить их.

Для поддержки ударной группы с севера в район Первомайска были направлены два батальона 95-й стрелковой дивизии (командир дивизии генерал-майор В.Ф.Воробьев).

Частям 25-й стрелковой дивизии командование поручило удерживать занимаемые ими рубежи, не допуская дальнейшего продвижения врага на восток, и с утра 17 августа предпринять контратаку юго-восточнее Кагарлыка.

136-й запасной стрелковый полк должен был к рассвету 17 августа занять рубеж Карсталь - Фрейденталь, чтобы ликвидировать возможный прорыв врага в направлении Вакаржаны - Дальник.

В указанное время части ударной группы перешли в наступление. Оно развивалось неудачно, главным образом по той причине, что район наступления ударной группы находился слишком далеко от кораблей военно-морской базы. Поэтому корабельная артиллерия не смогла поддержать наступление артиллерийским огнем. Немалое значение имели также нехватка в частях артиллерии и отсутствие танков. После неудачных попыток прорвать оборону противника советской ударной группе пришлось самой перейти к обороне. 17 и 18 августа шли тяжелые бои с превосходящими силами врага, которые несли большие потери, но сумели вновь продвинуться на 2 км. Обстановка на этом участке еще больше осложнилась.

Развернулись тяжелые бои и в западном секторе обороны. Хотя здесь наступление врага носило вспомогательный характер, однако в случае успеха оно могло дать противнику большие оперативные преимущества.

17 августа сильная вражеская группировка в составе не менее двух пехотных дивизий, усиленных 60 танками, перешла в наступление на узком участке фронта, нанесла удар по боевым порядкам 95-й стрелковой дивизии и начала продвигаться по направлению к Одессе. Однако советские части выдержали удар врага и в свою очередь обрушили на него шквал пулеметного и артиллерийского огня. В отражении атак противника приняли участие истребительная авиация и первый бронепоезд, построенный рабочими Одессы. Закипели кровопролитные бои, в которых обе стороны несли большие потери. Бои продолжались и 18 августа, причем становились все более напряженными. К 19 августа положение на всем фронте обороны Одессы значительно ухудшилось. Перегруппировав свои силы, войска противника при поддержке авиации и танков усилили темпы наступления, по-прежнему нанося удар одновременно по обоим флангам обороны. Советские войска вновь были вынуждены отступить. В результате части Приморской армии лишились на своем правом фланге оперативной связи с войсками 9-й армии. Утрата связи с фронтом и сухопутных коммуникаций с тылом страны поставила защитников Одессы в чрезвычайно тяжелое положение. Теперь снабжение и эвакуацию раненых, гражданского населения и промышленного оборудования можно было осуществлять только морем.

Наступил наиболее критический период обороны Одессы - борьба на ближних подступах к городу.
 
Admin
Дата: Воскресенье, 25.01.2015, 05:51 | Сообщение # 19

Генералиссимус
Группа: Администраторы
2312
Сообщений:
Награды:
13
Замечания:
Статус: Offline
Оборона Одессы в 1941 году, бои у ворот города


Положение Приморской армии, отошедшей под давлением превосходящих сил противника на ближние подступы к городу, стало очень тяжелым. Большие потери в личном составе, особенно в командных кадрах, очень ослабили боеспособность войск. По-прежнему отсутствовали такие виды вооружения, как танки, не было армейской авиации, постепенно подходили к концу запасы снарядов. Особенно плохо обстояло дело с минометами и зенитной артиллерией. Катастрофическое положение сложилось с ручными и противотанковыми гранатами.

В это время произошло очень важное событие, имевшее прямое отношение к делам обороны. В связи с отходом войск Приморской армии на ближние подступы к Одессе они вместе с частями Одесской военно-морской базы составили по существу единый гарнизон осажденного города. Руководство же обороной оставалось двойственным, поскольку командование сухопутными войсками находилось в руках командующего Приморской армией, а морскими силами - в руках командующего Одесской военно-морской базой. Такое двоевластие в момент, когда создалась исключительно тяжелая обстановка и враг близко подошел к Одессе, было нетерпимо. Кроме того, в связи с огромными задачами, которые теперь стояли перед партийными и советскими организациями города, в составе единого руководящего органа обороны надо было иметь ответственных товарищей из обкома КП(б)У.

Вопрос о едином командовании был правильно решен путем создания Одесского оборонительного района во главе с начальником Одесской военно-морской базы контр-адмиралом Г.В.Жуковым с непосредственным его подчинением командующему Черноморским флотом.

Согласно директиве Ставки Верховного Главнокомандования от 19 августа командующему оборонительным районом была предоставлена вся полнота власти, в его распоряжении сосредоточивались все силы и средства Приморской армии, военно-морской базы и все ресурсы города.

Командующий Приморской армией генерал-лейтенант Софронов был назначен также заместителем командующего Одесским оборонительным районом по сухопутным войскам, а новый начальник Одесской военно-морской базы контр-адмирал Кулишев и командующий воздушными силами комбриг Катров - соответственно заместителями командующего оборонительным районом по морским и авиационным силам.

Для разработки планов ведения обороны и претворения их в жизнь был создан штаб Одесского оборонительного района. Начальником штаба был утвержден генерал Шишенин, его заместителем по морским вопросам - капитан 1-го ранга Иванов.

Членами вновь образованного Военного совета Одесского оборонительного района были назначены дивизионный комиссар Ф.Н.Воронин и бригадный комиссар И.И.Азаров. Впоследствии членом Военного совета был назначен первый секретарь Одесского обкома КП(б) Украины А.Г.Колыбанов. Вхождение в состав Военного совета руководителя партийной организации позволило ставить и решать задачи, непосредственно связанные с участием в обороне населения города.

В результате реорганизации командования была создана стройная система руководства обороной Одессы, полностью отвечавшая сложившейся обстановке.

К этому времени завязались ожесточенные бои уже на ближних подступах к Одессе, в ходе которых части Приморской армии вынуждены были продолжать отход. Особенно сильные бои шли на рубеже Палиово - Выгода - хутор Петровский, где с 20 августа оборонялись части 95-й стрелковой дивизии с бронепоездом №1, и на участке 25-й стрелковой дивизии, отходившей на новый рубеж обороны: Карсталь - Маяки - Каролино-Бугаз.

Атаки вражеских войск усиливались с каждым днем. С приближением противника к окраинам города обстановка стала накаляться. Лицом к лицу стояли две силы: одна - несущая смерть и разрушение, другая - защищающая свою свободу и независимость, свою землю, свой родной дом.

Наступали решающие дни - дни тяжелых боев и ответственных решений.

Во второй половине августа на фронт для непосредственного руководства действиями своих войск прибыл диктатор Румынии - Ион Антонеску. Он потребовал захватить Одессу не позднее 3 сентября.

С утра 19 августа 13-я и 15-я пехотные дивизии противника под прикрытием мощного артиллерийского и минометного огня перешли в наступление в общем направлении на Новую Дофиновку. Враг решил прорваться к берегу моря восточнее Одессы, огнем артиллерии разрушить морской порт и полностью нарушить морское сообщение города с “Большой землей”. В результате беспрерывных ожесточенных атак противник ценой больших потерь вышел на линию: молочная ферма Допра - совхоз “Ильичевка” - Корсунцы - соляная мельница - высота 77,9 - хутор Черевичный.

Командование Одесского оборонительного района приняло решение в ночь с 24 на 25 августа отвести правофланговые части восточного сектора к Александровке. Отход прикрывался огнем береговой батареи, стоявшей в Чебанке. После этого батарея была взорвана. В дальнейшем действия отходивших частей поддерживали огнем своей артиллерии эсминцы “Фрунзе”, “Смышленый”, “Беспощадный”.

Большую роль сыграла авиация Черноморского флота. 22 августа советские самолеты непрерывно наносили удары по скоплениям вражеских войск в районах Булдинка и Свердлове, уничтожив около 40 танков и несколько десятков автомашин с пехотой. В результате был обеспечен организованный отход советских войск на новые оборонительные рубежи. Отходя, войска сектора нередко переходили в контратаки, в ходе которых враг нес большие потери в живой силе и технике. Только в ночном бою 28 августа было взято в плен до роты румынских солдат и захвачено 2 противотанковых орудия, 3 миномета и 3 пулемета.

Но большие потери несли и советские войска. Поэтому советским командованием было принято решение о реорганизации и пополнении войск восточного сектора.

Из-за недостатка сил, а главное - боевой техники вновь созданная 421-я стрелковая дивизия была вынуждена продолжать отход. К 1 сентября она закрепилась на линии: высота 47,4 - совхоз “Ильичевка” - Протопоповка.

Упорные бои развертывались и в западном секторе обороны, на участке 95-й стрелковой дивизии. Сосредоточив против нее 3-ю, 7-ю и 11-ю пехотные дивизии, усиленные танками и авиацией, вражеские войска нанесли главный удар по правофланговым частям западного сектора. Закипели ожесточенные бои, не стихавшие ни днем, ни ночью. В результате непрерывных атак противнику хоть и удалось продвинуться в глубь советской обороны на 1-1,5 км, но прорвать линию обороны сектора они так и не смогли. В дальнейшем и на этом участке фронта бои приняли позиционный характер.

Более тяжелое положение сложилось в южном секторе, где 1-я румынская пограничная дивизия начала наступление на Кагарлык с целью сломить сопротивлении 25-й стрелковой дивизии и обойти ее левый фланг.

В ночь на 20 августа значительно ослабленная 25-я дивизия была вынуждена начать отступление. Ее отход на юг продолжался с боями до конца августа, и она заняла рубеж Вакаржаны - Красная Юхимовка.

Несмотря на некоторое продвижение противника по направлению к городу, план захвата Одессы полностью провалился. Вражеские войска понесли огромные потери в людях и боевой технике, не решив поставленных перед ними задач. Части и соединения Одесского оборонительного района сражались с беззаветным мужеством. Вынужденные отступать под напором численно превосходящего врага, советские воины боролись за каждый метр родной земли. Тысячи пехотинцев, артиллеристов, саперов, летчиков, моряков, проявляя массовый героизм, снискали добрую воинскую славу.

Незаменимую помощь защитникам Одессы оказывали отряды партизан, действовавших в тылу врага и наносивших ощутительные удары по коммуникациям противника. Только в течение сентября один из партизанских отрядов, оперировавших западнее Одессы, совершил 18 налетов на вражеские колонны, направлявшиеся на фронт. В боях с врагом партизаны уничтожили более 200 солдат и офицеров и захватили много вооружения и боеприпасов.

Партизаны другого отряда, действовавшего северо-западнее Одессы, разрушили 7 больших мостов и заминировали дороги в 16 местах. На минах взорвались 6 автомашин с пехотой противника.

Третий партизанский отряд уничтожил 17 цистерн с горючим и две автоколонны со снарядами для вражеской артиллерии.

В середине сентября обстановка на фронте резко осложнилась. Потери в войсках, оборонявших город, достигали 40% и выше, и хотя до 12 сентября в Одессу регулярно прибывали пополнения, общая численность которых превысила 25 тысяч человек, это не могло возместить потерь, особенно в командных кадрах.

Исключительно тяжелые бои шли на участке 25-й дивизии, удерживавшей рубеж Вакаржаны - Красная Юхимовка под ожесточенными ударами противника в течение 12 дней. Однако силы дивизии иссякали. Создалась реальная угроза прорыва врага непосредственно к окраинам города. Поэтому командование оборонительного района приняло решение отвести части 25-й дивизии на линию Сухого лимана. Хотя этот отход и улучшал тактическую обстановку в южном секторе обороны, но в оперативном отношении он давал противнику ряд важных преимуществ. Одно из них состояло в том, что вражеские войска, выйдя на побережье Черного моря от Каролино-Бугаза до Сухого лимана, получали возможность обстреливать артиллерийским огнем как сам город, так и порт и находящиеся в нем корабли.

Создавшееся положение заставило советское командование оборонительного района принять срочные меры для пополнения войск. Были организованы 15-20-дневные курсы лейтенантов, на которых обучались воентехники, штабные и административные работники. Около 700 человек из штабов и тыловых учреждений Приморской армии было направлено на командные должности в войсковые части, сражавшиеся на фронте. Все население Одессы, способное носить оружие и не занятое производством оборонной продукции, спешно направлялось в войсковые части. В этих целях одесскому областному военному комиссару было дано указание провести всеобщую мобилизацию всех трудоспособных мужчин в возрасте до 60 лет. Призванные контингенты должны были формироваться в маршевые роты и батальоны и после краткого обучения направляться на фронт. Кроме того, было принято решение о дополнительной мобилизации работников милиции, НКВД и пожарных команд. На фронт были направлены также и подразделения народного ополчения.

Эти мероприятия значительно улучшили общую обстановку на фронте, но они не давали надежной уверенности в длительной обороне города без проведения активных наступательных действий. Идея такого наступления уже давно зрела в замыслах командования Одесского оборонительного района и Черноморского флота.

Однако осуществить его без усиления гарнизона Одессы хотя бы одной стрелковой дивизией было невозможно. Да и независимо от планов наступления присылка нового войскового соединения была абсолютно необходимой мерой. Поэтому Военный совет Одесского оборонительного района запросил Ставку Верховного Главнокомандования о возможности получения пополнения для частей Приморской армии - хотя бы одной стрелковой дивизии. 15 сентября из Ставки пришел ответ: “Передайте просьбу Ставки Верховного Главнокомандования бойцам и командирам, защищающим Одессу, - продержаться 6-7 дней, в течение которых они получат подмогу в виде авиации и вооруженного пополнения”.

18 сентября из Новороссийска в Одессу прибыла 157-я стрелковая дивизия (командир дивизии полковник Д.И.Томилов) численностью 12618 человек с 70 орудиями и 15 танками, которая составила резерв командующего оборонительным районом. Прибытие дивизии было встречено защитниками города с огромным энтузиазмом.

Тем временем с утра 15 сентября противник возобновил наступление по всему фронту. Главный удар нанесли три пехотные дивизии, поддержанные танками, в общем направлении Вакаржаны - Дальник. Бои приняли исключительно ожесточенный характер. Ценой огромных потерь врагу удавалось местами вклиниться в расположение советских войск, но тотчас же защитники Одессы яростными контратаками отбрасывали его в исходное положение.

Одновременно с востока и запада ежедневно производился методический обстрел города крупнокалиберными снарядами. Вражеская авиация бомбила город, сбрасывая большое количество зажигательных и фугасных бомб весом до двух тонн. Возникали многочисленные пожары, разрушались здания, повреждались водопровод, канализация, телефонная связь, электрическая сеть, прекращалось трамвайное движение. От огня артиллерии противника пострадали эсминцы “Бодрый” и “Шаумян”, пароходы “Абхазия”, “Днепр” и “Грузия”.

Но чем опаснее становилась обстановка на фронте, тем сильнее возрастало сопротивление защитников Одессы.

В итоге сорокадневных боев за Одессу вражеские войска не сумели выполнить поставленную перед ними задачу - овладеть городом. За это время они понесли огромные потери в живой силе и технике. Десятки тысяч солдат и офицеров противника навсегда легли в одесскую землю. Многие тысячи румынских солдат, раненных под Одессой, переполнили все больницы Бухареста. Под госпитали были заняты почти все школы румынской столицы.

Фронт обороны Одессы оставался по-прежнему крепким. Защитники его не только мужественно и стойко отражали многочисленные атаки противника, но и сами наносили ответные удары.

Получив пополнение, командование Одесского оборонительного района решило провести наступательную операцию. Получив одобрение командования Черноморского флота, штаб оборонительного района приступил к разработке плана боевых действий. Замысел этой операции заключался в следующем: на правом фланге обороны, в районе Григорьевки, должен высадиться морской десант и нанести удар по тылам противнику в северо-западном направлении. Одновременно должны перейти в наступление па северо-восток части 421-й Одесской и вновь прибывшей 157-й стрелковых дивизий.

Таким образом, операция намечалась как комбинированный удар сухопутных войск с фронта и морского десанта с тыла. Конечной целью было окружение и уничтожение группировки противника, действовавшей между Аджалыкским и Большим Аджалыкским лиманами.

Началу операции предшествовала длительная подготовка. Так, личный состав 3-го морского полка, которому было поручено осуществление десантной операции, прошел длительную тренировку в Севастополе, в Казачьей бухте. Самым тщательным образом были отработаны ночная высадка десанта с кораблей, его действия при встрече с противником и поддержка высадившихся частей корабельной артиллерией и авиацией.

Для переброски десанта и обеспечения его боевых действий во время высадки и в дальнейшем предназначались крейсеры “Красный Кавказ” и “Красный Крым”, эсминцы “Бойкий” и “Безупречный”, канонерские лодки “Красная Грузия”, “Кубань” и пять скоростных катеров. Непосредственно для высадки были выделены 19 катеров, 9 корабельных баркасов и буксир “Алупка”.

Выход кораблей с десантом из Севастополя был назначен на 13 часов 21 сентября - с тем, чтобы к часу ночи 22 сентября подойти к району Григорьевки. Готовившаяся операция держалась в строгой тайне. Только после выхода кораблей в открытое море командирам подразделений десантного отряда была объявлена боевая задача. До этого никто из них не знал ни места, ни срока высадки, ни направления удара. Перед началом операции была проведена тщательная авиационная и наземная разведка районов, входивших в зону будущих действий десанта. Днем 21-го и в ночь на 22 сентября советские самолеты нанесли бомбовые удары по скоплениям войск противника в восточном секторе обороны.

Командующий эскадрой контр-адмирал Л.А.Владимирский, руководивший десантной операцией, вышел из Севастополя на эсминце “Фрунзе” несколько раньше, чтобы засветло встретиться с командованием Одесского оборонительного района и согласовать с ним действия десанта. На подступах к Одессе эсминец был атакован вражеской авиацией и получил сильные повреждения.

Личный состав был вынужден оставить корабль, который вскоре затонул. Контр-адмирал Владимирский был ранен, и вместо него командующим десантной операцией был назначен контр-адмирал С.Г.Горшков, который и провел операцию в полном соответствии с утвержденным планом.

В 22 часа 21 сентября караван судов с десантом подошел к берегу в районе Григорьевки. Во втором часу ночи 22 сентября, после сильного огневого удара корабельной артиллерии по расположению противника в районе Григорьевки, началась высадка десанта. Одно подразделение за другим быстро перебрасывались на берег. О начале высадки ярко рассказывается в воспоминаниях вице-адмирала И.И.Азарова: “Первой высадилась на берег рота 3-го батальона под командованием лейтенанта Чарупы. Когда баркасы отходили от кораблей, противник, видимо подавленный мощной артподготовкой, молчал.
Но вот баркасы кое-где коснулись грунта. Враг опомнился и открыл ружейно-пулеметный огонь. Видя, что среди десантников имеются раненые, старший политрук Еремеев приказал группе прикрытия, обеспечивающей высадку, подавить огневые точки противника на берегу.
Подняв над головой винтовки и гранаты, люди прыгали в темную воду и торопливо двигались к берегу. Вместе со всеми шел по грудь в воде комиссар полка Слесарев. Вода была сентябрьская, холодная, вокруг рвались вражеские мины, свистели пули, но в сознании у всех одно: скорее зацепиться за берег. Почувствовав под собой землю, лейтенант Чарупа и пять краснофлотцев бросились вперед. Они уничтожили огневые точки противника, которые вели огонь по баркасам, и дали возможность всему десанту высадиться с небольшими, сравнительно, потерями.
Командир 3-го батальона старший лейтенант Матвиенко и военный комиссар политрук Прохоров высадились с двумя ротами вслед за Чарупой. Они должны были занять Григорьевку и не допустить обстрела противником второго отряда десанта”.

В пятом часу утра 22 сентября высадка десанта была полностью закончена.

С рассветом эсминцы “Бойкий” и “Безупречный” открыли сильный артиллерийский огонь. Авиация Черноморского флота нанесла бомбовые удары по районам Свердлове и Старой Дофиновки. В 6:15, над районом действий десанта появились истребители 69-го авиаполка, которые атаковали вражеские аэродромы в районе поселка Визирка, уничтожив около 20 немецких самолетов.

В 7 часов авиация Черноморского флота нанесла повторный удар по группировкам противника в районах Александровки, совхоза “Ильичевка” и Гильдендорфа. Одновременно с высадкой морского десанта в тылу врага в районе между Булдинкой и Свердлово был сброшен парашютный десант, который действовал двумя группами, стремясь уничтожить линии проволочной связи противника и его командные пункты.

Успешно высадившись на берег, десантный полк быстро перешел в наступление: 3-й батальон - в направлении Старой Дофиновки, 1-й батальон - на Чебанку и Новую Дофиновку; 2-й батальон наступал во втором эшелоне. В тот же день к 18 часам десантный полк выполнил поставленную перед ним боевую задачу, выйдя в район Чебанка, Старая Дофиновка, Новая Дофиновка.

В ходе наступления было разгромлено более батальона противника и захвачена батарея из четырех 105-миллиметровых орудий, методически обстреливавшая городские кварталы. В 8 часов утра 22 сентября началось наступление 421-й и 157-й стрелковых дивизий. Сначала они встретили ожесточенное сопротивление противника, но вскоре он был вынужден в беспорядке отступить на север и северо-запад, бросая оружие и снаряжение. К исходу дня части обеих дивизий вышли к Александровне, где соединились с десантным полком. В ходе дальнейшего успешного наступления были разгромлены 13-я и 15-я румынские пехотные дивизии. Вражеские войска понесли серьезные потери - не менее 2000 солдат и офицеров убитыми и пленными. Советскими войсками было захвачено 50 орудий и минометов, 6 танков, 127 станковых пулеметов, 1100 автоматов и винтовок, 13500 мин и ручных гранат, 3000 снарядов и много другого вооружения и боеприпасов.

Противник был отброшен от занимаемых им рубежей на 5-10 км, что лишило его возможности вести артиллерийский обстрел города. Свободный вход наших судов в порт был обеспечен. В результате наступления положение частей Приморской армии на правом фланге улучшилось. Но самое главное - эта операция подняла боевой дух защитников Одессы. Население города с энтузиазмом встретило героев-десантников.

В то же время настроение войск противника резко ухудшилось. В первые дни войны среди румынских солдат находились простаки, которые верили в осуществление трехнедельного плана гитлеровского блицкрига; теперь, после больших потерь на подступах к Одессе, положение в корне изменилось: не только солдаты, но и офицеры были охвачены тревогой и растерянностью. Об этом свидетельствовали заявления пленных и официальные документы.

Пленный капрал Илья Нику заявил: “...На фронт под Одессу наш полк прибыл 7-8 августа. Когда мы прибыли сюда, полк, как и вся наша дивизия, был полностью укомплектован людьми. В 4-м полку было около 4000 человек, в 5-й роте - 240 человек. После нескольких атак на русские позиции за 8-10 дней из полка выбыло около 1500 человек. Тогда Дивизия была отведена на отдых и пополнена за счет бывшего резерва.
С 15-16 августа и по настоящее время пополнения наш полк не получал. В полку осталось около 40% людского состава. В нашей 5-й роте 15-16 августа было 240 человек, а сейчас осталось всего около 50 человек.
Такое же положение и в других ротах нашего полка. Больше всего наших солдат гибнет от русской артиллерии, пулеметного и винтовочного огня”.

Мощные удары артиллерии, особенно с кораблей Черноморского флота, минометный и пулеметный огонь наносили врагу жестокие потери.

В одном из писем домой, рассказывая о боях под Одессой, румынский офицер Тодореску писал: “В последнем бою нас уничтожали в течение 24 часов тяжелой артиллерией, минометами и пулеметами так, что из моего несчастного взвода осталось в живых только 5 человек. Нас били пулеметами справа, гранатами слева и сверху самолетами...”.

Тяжелые потери деморализующе действовали на войска противника. Это приводило к серьезным нарушениям воинской дисциплины в их рядах. В приказе №335 румынское командование отмечало: “...На фронте установлено прежде всего полное отсутствие организации. Такая же недисциплинированность и в тылу... Колонны продолжают двигаться в беспорядке... Отдельные люди блуждают по полям и дорогам без дела”.

И недалек от истины был Антонеску, когда в результате инспектирования одной дивизии вынужден был сравнить ее командный пункт с сумасшедшим домом.

Все эти факты свидетельствовали о сильном упадке боевого духа в войсках противника. Немалую роль сыграла здесь и советская пропаганда. В расположение войск противника и в тыл врага сотнями и тысячами забрасывались листовки и пропуска. Были распространены четыре листовки на немецком языке общим тиражом 542 тысяч экземпляров и 13 листовок на румынском языке общим тиражом 1145 тысяч экземпляров, плакат-листовка тиражом 95 тысяч экземпляров и фотогазета тиражом 50 тысяч экземпляров. Только за август общий тираж изданной для солдат противника литературы (листовки, плакаты) составил 1107 тысяч экземпляров. Пропусков для сдачи в плен было выпущено 206 тысяч.

Несмотря на строжайшие запреты и угрозы, немецкие и румынские солдаты внимательно читали советские листовки. 31 августа 1941 года на участке 1-го полка морской пехоты сдалась в плен группа солдат 10-го румынского пехотного полка во главе с командиром взвода. Они принесли с собой несколько винтовок, пулемет и миномет. При сдаче в плен все солдаты предъявили листовки-пропуска.

На передовой линии организовывались передачи на румынском языке, для чего использовалась звуковещательная станция.

В результате успешных боев в сентябре фронт Одесского оборонительного района прочно стабилизировался. К 1 октября передний край обороны на ближних подступах к Одессе проходил по линии: в восточном секторе, где находились части 421-й стрелковой дивизии, - Новая Дофиновка - Большой Аджалыкский лиман - Протопоповка; в западном секторе, где сражались 95-я и 157-я стрелковые дивизии, - Алтестово - Гниляково - Дальник; в южном секторе, где фронт держали 25-я стрелковая и 2-я кавалерийская дивизии, - Дальник - хутора Болгарские - восточный берег Сухого лимана.

Закрепившись на этих рубежах, советские войска успешно отражали атаки противника и неоднократно сами переходили к активным действиям. Готовясь оборонять Одессу в течение длительного времени, командование оборонительного района разработало мероприятия по подготовке к зиме. Были начаты утепление землянок, заготовка топлива для войск и населения.

Лозунг “Никогда не отдадим Одессу!” продолжал жить в сердцах защитников города.
 
Admin
Дата: Воскресенье, 25.01.2015, 05:53 | Сообщение # 20

Генералиссимус
Группа: Администраторы
2312
Сообщений:
Награды:
13
Замечания:
Статус: Offline
Оборона Одессы в 1941 году, последние дни


В начале октября 1941 года обстановка на Южном фронте, которая существенно влияла на положение осажденной Одессы, становилась все более напряженной. Вражеские войска продолжали быстрое продвижение на восток, угрожая Донбассу и Ростову. Непрерывно развивалось немецкое наступление на юг, в Крым. 11 сентября передовые части противника захватили Армянск. Части 51-й отдельной армии, оборонявшие Крымский полуостров, вследствие больших потерь и недостатка вооружения, под давлением превосходящих сил врага были вынуждены оставить Перекопский перешеек и отойти на Юшуньские позиции. Крым стал одним из главных участков борьбы на всем советско-германском фронте. Черноморский флот должен был сосредоточивать все свои усилия на обороне южного побережья Крыма. Поэтому его помощь защитникам Одессы не могла оставаться столь же значительной, как прежде. Кроме того, в случае потери Крыма Одесса оказалась бы в глубоком тылу врага и ее судьба была бы предрешена, а гибель войск, действовавших в Одесском оборонительном районе, стала бы неизбежной.
Учитывая все эти обстоятельства, Советское Верховное Главнокомандование 30 сентября 1941 года приняло решение об эвакуации Одессы и переброске войск Одесского оборонительного района для усиления 51-й отдельной армии, сражавшейся на Крымском полуострове. В директиве Ставки Верховного Главнокомандования об эвакуации войск высоко оценивалась боевая деятельность бойцов и командиров, оборонявших Одессу, и указывались конкретные мероприятия по эвакуации города. “...В связи с угрозой потери Крымского полуострова, представляющего главную базу Черноморского флота, - говорилось в директиве, - и ввиду того, что в настоящее время армия не в состоянии одновременно оборонять Крымский полуостров и Одесский оборонительный район, Ставка Верховного Главнокомандования решила эвакуировать ООР и за счет его войск усилить оборону Крымского полуострова”.
Далее Ставка обращала особое внимание командования Одесского оборонительного района на необходимость удержания обоих флангов обороны до окончательной эвакуации города.
Выполняя директиву Ставки, командование Одесского оборонительного района совместно со штабом Черноморского флота разработало план эвакуации. В первую очередь - с 1 по 6 октября - вывозились 157-я стрелковая дивизия и строительные батальоны, во вторую очередь - с 7 по 15 октября - семьи военнослужащих, партийных и советских работников, квалифицированные рабочие и цепное оборудование предприятий, тыловые учреждения армии и, наконец, в третью очередь, с 16 по 25 октября - основные воинские части.
Последними должны были покинуть город войска, которым было поручено прикрывать эвакуацию.
При составлении плана эвакуации штаб Черноморского флота исходил из наличия транспортных средств. Транспорты из Одессы следовали в Севастополь и вновь возвращались в Одессу.
Для технического руководства эвакуацией была создана комиссия из представителей армии, флота, партийных и советских органов.
Все мероприятия по эвакуации осуществлялись в строго секретном порядке. Переброска 157-й стрелковой дивизии в Крым, которая начиналась в первых числах октября, объяснялась необходимостью усиления обороны Крыма. Что касается эвакуации семей военнослужащих, рабочих и ценного оборудования, то она проводилась под предлогом освобождения города от излишнего населения и имущества.
В соответствии с планом, эвакуация началась 1 октября и шла полным ходом. Темпы ее с каждым днем усиливались. Дело в том, что сроки эвакуации были сильно сокращены из-за ухудшения обстановки, и в распоряжении командования Одесского оборонительного района было только 15 дней.
Благодаря усилиям военного командования, работников обкома и горкома партии, трудящихся города и порта к 10 октября были отправлены в Крым 157-я стрелковая дивизия, армейские склады и некоторые вспомогательные части и службы. Эвакуация партийного и советского актива, а также специалистов оборонных предприятий фактически началась 5 октября. До 15 октября было эвакуировано около 15 тысяч человек из числа гражданского населения. Последняя группа партийных работников была отправлена из города 13 октября. До последнего дня эвакуации оставались секретарь горкома, председатель горсовета, секретари райкомов и председатели райсоветов. Они продолжали осуществлять гражданское руководство 14 и 15 октября. Дел было много: надо было выдать заработную плату бойцам истребительных батальонов, произвести расчет с рабочими, оставшимися на предприятиях. Накануне ухода советских войск из Одессы, 15 октября, вся дневная выручка торговой сети города, составившая 729 тысяч рублей, была сдана в горсовет. Все продовольствие и другие материальные ресурсы, которые не удастся вывезти, было решено раздать населению города бесплатно, по талонам.
Рабочим оборонных предприятий, которые занимались ремонтом танков, орудий и пулеметов, талоны выдавались в виде премий. В магазинах взамен этих талонов бесплатно выдавались товары или продукты.
Кроме того, было объявлено, что лица, имеющие залоговые квитанции на вещи в ломбарде, могут получить их бесплатно. Вещи, на которые не были предъявлены квитанции, раздавались населению также бесплатно. Хранившиеся в ломбарде золотые и серебряные вещи были вывезены и вместе с денежными средствами сданы в Государственный банк Азербайджанской ССР.
Конечно, все эвакуировать не было возможности. Поэтому ценное оборудование, оставшееся в городе и порту, было взорвано или уничтожено. В городе оставалось менее 50% населения, проживавшего здесь до войны, - около 250-280 тысяч человек.
Эвакуация проходила успешно, без помех со стороны противника. Это явилось прямым следствием того, что советские войска еще в первых числах октября начали проводить активные действия. Например, утром 2 октября части 25-й стрелковой и 2-й кавалерийской дивизий, оборонявшие южный сектор, перешли в наступление на Ленинталь и Александрогильф. В результате было уничтожено несколько тысяч вражеских солдат и взято много пленных. Было захвачено также свыше 40 орудий разных калибров, в том числе 4 тяжелых, 40 пулеметов и другое военное имущество.
В этих боях умело действовал танковый батальон старшего лейтенанта Юдина. На вооружении батальона находились 39 тракторов ЧТЗ, которые усилиями рабочих Одессы были покрыты броней, вооружены пулеметами и пушками. Танкисты ворвались в глубь обороны противника, уничтожили около тысячи солдат и захватили и вывезли в расположение своих войск 24 орудия, много пулеметов и минометов. Это наступление имело немаловажное значение для обеспечения секретности начавшейся эвакуации. В дальнейшем, с 4 по 12 октября шли ожесточенные бои с большими потерями с обеих сторон. Но линия фронта по существу оставалась неизменной.
Защитники Одессы стойко и мужественно отражали попытки врага прорваться в город. После эвакуации 157-й стрелковой дивизии, раненых воинов, квалифицированных рабочих, семей военнослужащих, партийных и советских работников, тыловых армейских учреждений и наиболее ценного оборудования предприятий наступили самые решающие дни. Оставалось выполнить последнюю задачу - осуществить отрыв советских войск от противника, погрузить их на суда и выйти в море.
Одновременный отрыв от противника на всем фронте в условиях открытой местности представлял собой неимоверно трудную задачу. Требовались исключительно четкая организация, твердость руководства и высокая дисциплинированность и мужество бойцов и командиров.
После тщательного изучения обстановки Военный совет Одесского оборонительного района принял решение и ночь с 15 на 16 октября снять с фронта главные силы, походными колоннами вывести их в районы посадки, посадить на суда и немедленно отправить в Крым.
Прикрытие отхода возлагалось на арьергардные части, остававшиеся на фронте до окончания переброски главных сил в районы посадки на суда. Для дезориентации противника за два дня до начала отхода главных сил войска Приморской армии должны были создать видимость нового наступления, предпринимая местные контратаки и ведя днем и ночью систематический артиллерийский обстрел вражеских позиций. После эвакуации артиллерии и главных сил огонь должна была вести корабельная артиллерия.
Сосредоточение у соответствующих причалов порта транспортных судов и кораблей, предназначенных для перевозки вооруженных сил Одесского оборонительного района в Крым, проходило в ночное время.
В каждый район посадки назначался комендант, а на каждое судно - начальник и комиссар. Для сопровождения частей в районы посадки выделялись проводники. Кроме того, в каждую дивизию были направлены представители оперативного отдела штаба Приморской армии, которые должны были находиться при штабах дивизий до прибытия их в Севастополь. Общее руководство отходом войск и посадкой их на суда вплоть до выхода в море осуществлялось Военным советом Одесского оборонительного района.
К 15 октября в порту Одессы были сосредоточены теплоходы “Украина”, “Грузия”, “Армения”, “Абхазия”, “Котовский”, транспорты “Чапаев”, “Жан Жорес”, “Курск”, “Калинин”, “Большевик”, “Восток”, “Лукомский”, “Сызрань”, “Петраш”, “Черноморец”, “Зенит”, “Доротея”, а также военные корабли, осуществлявшие охрану, в том числе крейсеры “Червона Украина”, “Красный Кавказ”, эсминцы “Смышленый”, “Бодрый”, “Незаможник”, “Шаумян” и другие. Теперь авиация противника уже систематически бомбила район бухты. Видимо, кое-какие сведения об эвакуации вражеское командование все же получило. Естественно, что сосредоточение такого количества кораблей и транспортов не могло считаться обычным явлением. Некоторые транспорты, например теплоход “Грузия”, получили повреждения. Однако в результате действий корабельной зенитной артиллерии вражеская авиация не могла вести прицельную бомбежку, и потери от бомбардировки порта были незначительными. В 7 часов вечера 15 октября главные силы Приморской армии оторвались от противника и стали отходить к причалам порта, в назначенные им районы посадки. Спустя два часа начали отход арьергардные части.
В 11 часов вечера началась погрузка личного состава и материальной части войск. К 3 часам утра погрузка была закончена. Последний транспорт с арьергардными частями отошел от причала в 5 часов 30 минут 16 октября.
Незадолго до отхода последних транспортов были взорваны береговые батареи, прикрывавшие отход и посадку армии, а также главнейшие объекты оборонного значения, в том числе портовые сооружения и причалы.
Успешное осуществление эвакуации целой армии с вооружением и боеприпасами было обусловлено рядом обстоятельств. Прежде всего сыграли большую роль глубоко продуманный план эвакуации и строгий контроль за его выполнением. Большое значение имело своевременное и скрытое сосредоточение транспортов в районах посадки. Достаточно сказать, что для эвакуации были использованы 24 транспорта водоизмещением в 150 тысяч брутто-тонн, которые за 15 дней сделали в общей сложности 54 рейса. В этот период были эвакуированы вся Приморская армия, части Одесской военно-морской базы, большое количество гражданского населения и всевозможных грузов.
Не менее важное значение для успеха эвакуации имели введение противника в заблуждение относительно истинных целей советских войск, мастерски осуществленным отрыв от противника главных сил армии, высокая дисциплина и организованность при отходе и посадке на суда, отличные действия советских моряков, осуществлявших переброску войск в Севастополь.
После ухода войск Одесского оборонительного района, вывоза оборудования заводов и фабрик, запасов промышленного сырья, научных и культурных ценностей, а также вывода всего торгового и транспортного флота и разрушения важнейших оборонных объектов город потерял значение как крупный промышленный центр и порт.
Солнечным утром 16 октября 1941 года по необозримой глади Черного моря двигался караван судов, державших курс на Севастополь. Это были героические защитники Одессы. Настроение бойцов было мрачным. Они не хотели оставлять город, где они так мужественно сражались, где каждый рубеж, каждая высота были политы кровью их товарищей.
Конечно, они понимали, что уход из Одессы вызван стратегическими соображениями. Им был объявлен один из пунктов директивы Ставки, где говорилось: “...Храбро и честно выполнившим свою задачу бойцам и командирам Одесского оборонительного района в кратчайший срок эвакуироваться на Крымский полуостров”. Но как всегда бывает в пути, когда мысли уезжающих сначала прикованы к местам, которые только что покинуты, а затем обращаются к будущему, так и в настроении бойцов произошли перемены. Вскоре главным их желанием стало быстрее достичь берегов Крыма и там продолжать борьбу с ненавистным врагом.
Движение судов и транспортов прикрывали военные корабли Черноморского флота. Впереди каравана шли крейсера “Червона Украина” и “Красный Кавказ”, охранявшие теплоходы, на которых находились основные силы эвакуируемых войск. Эсминцы “Бодрый” и “Смышленый” охраняли крупные транспорты, шедшие в арьергарде каравана. Авиация противника ожесточенно атаковала советские суда. Воздушные атаки особенно усилились после полудня 16 октября. Неоднократно вступали в бой корабельная зенитная артиллерия и истребительная авиация Черноморского флота. Они отразили свыше 20 мощных атак вражеской авиации, сбив при этом 20 самолетов противника. Танкер “Большевик” был торпедирован и затонул, остальные корабли и транспорты в 19 часов 17 октября благополучно прибыли к месту назначения. Защитники Одессы вступили на крымскую землю.
Успешная эвакуация войск Одесского оборонительного района на Крымский полуостров имела большое значение для длительной обороны Севастополя. В состав войск, оборонявших Крым, вошла целая армия, насчитывавшая четыре стрелковых и одну кавалерийскую дивизии общей численностью до 80 тысяч человек. Она сохранила все свое вооружение: 19 танков и бронемашин, около 500 различных орудий, 163 трактора и свыше 1000 автомашин, а также боеприпасы, снаряжение и продовольствие.
 
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: